Книга Тайная мама для сына миллиардера, страница 17 – Ада Линн

В холле меня встречает сестра, так что проскользнуть незамеченным в комнату не получается.

— Артур, ты же сказал, что скоро будешь!

— Деньги не берутся из воздуха, Яна, – отрезаю я и прохожу мимо Яны, направляясь к лестнице.

— Подожди! Ты же обещал решить вопрос с собакой.

Она хватает меня за рукав пиджака.

— Ладно. Где няня?

— Во дворе. Заставляет Эдика играть с псиной.

Меняю траекторию движения и направляюсь к кабинету на первом этаже. Откуда открывается вид на внутренний дворик.

Яна цокает каблуками своих домашних туфель позади меня

Как же бесит привычка сестры носить дома тапочки на каблуках. И кто-то же ведь производит подобную обувь!

— Вот они! – победно произносит Яна.

Подхожу к застеклённой, тонированной стене.

Снаружи не видно, что происходит в кабинете, зато из кабинета, напротив, открывается отличный обзор на внутренний дворик. Аккуратно подстриженные кустарники, красные канадские клёны, отгороженные камнями участки для пышных цветов – забыл, как называются… Всё это обустраивала мать.

Мимо окна проносится собака.

Следом за ней бежит Эдуард.

Замыкает шествие Елизавета.

Пробежав несколько метров, собака разворачивается и кидается в обратную сторону, высунув от радости язык.

Сын бежит следом, и в это мгновение я замечаю то, чего не видел уже больше двенадцати месяцев.

Сын улыбается! Эдик бежит, что-то кричит и улыбается!

Внезапно Эдуард спотыкается – я даже непроизвольно шагаю вперёд, забыв, что нас разделяет стекло, но мальчик продолжает смеяться. Собака тут же идёт на разворот, прыгает на хозяина и принимается лизать ему лицо.

Сын катается на спине, пытаясь увернуться от собачьих нежностей, и хохочет!

— Собака остаётся!

Резко разворачиваюсь к сестре и складываю руки на груди, показывая, что вопрос больше не обсуждается.

— Что?! – Яна кажется потрясённой. – Ты же сам говорил, что она шумная и бесполезная.

— Да, я так говорил, когда Эдуард отказался заниматься своим питомцем. Очевидно, он передумал и наладил контакт с собакой.

— Но у меня аллергия!

Окидываю сестру холодным взглядом. Я люблю Яну и забочусь о ней, но за последнее время она начала злоупотреблять моей добротой.

— Яна, ты можешь жить в моём доме хоть до конца жизни, но не забывай, что ты здесь гостья. А хозяева – я и мой сын. И моему сыну – нужна собака. Ты видела его улыбку хоть раз после смерти бабушки?

Яна ещё раз взглянула через стеклянную стену во двор, и на лице сестры отобразилось отвращение.

— Я тебе уже сказал. Хочешь жить отдельно? Съезжай. Я дам тебе ключи от квартиры в городе.

— Да?! А на что мне жить?!

— Ты готова начать работать? Что говорит твой куратор?

Сестра только недавно вышла из реабилитационного центра после запойного периода.

— Что мне пора возвращаться к обычной жизни.

— Ну вот и отлично. Хочешь, я помогу найти клинику, где тебя примут на работу?

Яна оскорблённо поджимает губы.

— Не хочу я работать на дядю!

— Хорошо, давай я открою тебе собственную клинику.

— Правда? Ты правда это сделаешь?

Сестра на мгновение прижимается к моей груди. Совсем как в детстве, когда её обижали мальчишки во дворе, а я защищал. Детство у нас было нищим. Съёмная однушка на окраине столице, где мы ютились вчетвером: мама, папа, я и моя младшая сестрёнка.

Когда мне исполнилось восемнадцать, отец погиб и стало совсем тяжело.