Онлайн книга «Будешь моей мамой?»
|
— Прости, — занервничала, — мне нужно идти. — Я люблю тебя, — шепнул, она промолчала, но взглядом ответила так, что сердце сжалось от нежности. Два дня я жил в какой-то прострации: дом, работа, ожидание звонка от Саши и хороших новостей. Не могу, соскучился: хотелось все бросить и рвануть за ними в Подольск. Дом словно погас без прекрасной женщины и светлого мальчика. Это все на себе ощутили. Единственное, что я знал: Тим и Сабина переписывались, но о чем говорили — тайна. Хотя бы с ней, родной сестрой, он не разорвал дружбу. Это показатель и надежда, что все можно исправить. На третий день вечером ко мне приехали родители. Маму нельзя игнорировать больше двух дней, это может быть опасно для здоровья. — Сынок… — она сразу все поняла. — Они уехали… — поделился с мамой. Она гладила меня по волосам, а я сидел в ее ногах, положив голову на колени. Ровно так же, как тогда, когда перед браком с Мадиной рассказал про Сашу. — Все наладится, сынок. Я верюв это, — пыталась приободрить. — Саша любит тебя. Сын тоже. Я видела вас вместе! Поезжай к ним обязательно: будь деликатен, но внимателен. Не всех можно взять нахрапом, — и всхлипнула: — Мы все потеряли много времени, но мы просто обязаны наверстать. Внучок наш. — Завтра поеду, — поднял голову. Я уже не мог быть вдали от них. Хотя бы просто пообщаться, начать налаживать контакт. Пусть не переезжают, пока не доверятся мне полностью, но нужно что-то делать. Я не умел бездействовать! Сколько спас жизней, пора и свою спасти! Это могли сделать мои любимые: мне многого не нужно — жена, сын и дочь, все! — Я останусь с Сабиной. Поживу у вас пока. — Можно? — в дверь моей спальни постучали. Отец. Сложно определить наши отношения сейчас: это не ненависть или злость, но рядом… Он сейчас для меня лишний. Это плохо: родители и дети должны быть дружны, но… — Я вас оставлю, — произнесла мама и поднялась. Мне улыбнулась, на отца взглянула жестко. Да, виду него как у побитого пса. Я тоже поднялся, руки на груди сложил, разговор не начинал — ждал. — Прости меня, сын. Хм, кто-то научился извиняться? Для всего человечества это мелочь, но для привыкшего к собственной правоте Булата Зелимхановича Сафарова — это шаг! — Я и не предполагал, что у вас настолько серьезно было… Мама рассказала… — обреченно уронил руки. — Я думал, это просто так, для досуга. Потом решил, что ты из-за Сабины решил… Александра умеет с детьми… — Хватит, отец, — устало прервал. — Я любил Сашу семь лет назад и люблю сейчас. Это всегда для меня было серьезно. И для нее тоже. Она сына мне родила, вырастила прекрасного мальчика, вытянула без поддержки и помощи. Зубы сжала и ни копейки не попросила! — я злился и одновременно восхищался упрямством и гордостью этой женщины. Все им хотел бы дать, весь мир к ногам положить, но я опоздал на целую маленькую жизнь. — Тебе не передо мной нужно извиняться. Не передо мной. Надеюсь, отец понял, чье прощение необходимо, чтобы оставаться частью моей семьи… * * * Саша — Мам? — Тимоша вошел на кухню, и я поторопилась закончить разговор. Я очень соскучилась по Адаму, очень-очень. Одна ночь вместе. Ночь полнейшего единения тел и душ, и больше я не видела себя без него. Это мужское и женское, это только между нами. Но у нас сын; это должно было объединить, а получалось, что разъединило. — С ним говорила? — насупился. |