Книга Адвокат жены. Запретная страсть, страница 30 – Ирина Слащева

— Ты что творишь, Власов?! — взвизгнула, осознав, что этот нахал ввалился в ванную и наглым образом пялится на меня сквозь прозрачную шторку для душа.

— Любуюсь, — хрипло отозвался он, скользя по мне взглядом.

— Уйди немедленно!

— Больше никогда.., - многозначительно произнес Артур и начал раздеваться.

— Что ты.., - я не стала договаривать, понимая, что это бесполезно. Проще поезд на полном ходу остановить, чем повлиять на Артура Власова.

Наскоро намылившись, я смыла с себя пену и уже была в шаге от выхода, когда мою талию обвила нахальная лапа, утаскивая обратно за шторку.

— Куда собралась? — игриво спросил этот мартовский кот, прижимаясь ко мне все, чем только можно.

Я тут же почувствовала, что ниже пояса у него давно своя жизнь, и это отдалось во мне предательскими мурашками и мгновенной влагой между ног.

— Власов, пусти! — пыталась вырваться, пока не наделала еще больше глупостей.

— А спинку мне кто потрет? — состроил невинную гримасу.

— Пять лет сам справлялся? И сейчас разберешься, — прошипела я.

Судя по всему, справляться сам он не хотел. Потому что вместо того, чтобы отпустить, Артур сжал двумя руками мою талию и нетерпеливо впился в губы.

Я чуть не застонала вслух. От беспомощности, естественно. Потому что чувствовала, что с каждым движением языка, с каждым касанием губ, с каждой секундой дыхания, разделенного на двоих, я все больше отдаюсь во власть его рук.

Каждая клеточка, наэлектризованная близостью, тянулась навстречу его телу, чтобы раствориться в любимом мужчине.

— Расслабься, Нютик, — проговорил Власов мне в губы. — В доме твоей матери я не стану безобразничать.

— А это как называется?

— Невинная шалость, — улыбнулся Артур и снова прижался к моим губам.

Не знаю, сколько времени мы целовались под струями душа. Кажется, в какой-то момент разум уплыл слишком далеко, чтобы воспринимать происходящее. Оставалось лишь чувствовать

Слегка саднящие губы.

Руки, подхватившие меня.

Прохладу постели.

Жар его тела.

И в этих мгновениях было столько покоя, что не хотелось видеть утро. Потому что завтра все снова будет сложно. Потому что солнце подсветит мою слабость и глупость. Потому что есть только сейчас.

— Власов, ты что со мной сделал?! — возмутилась, взглянув в зеркало после пробуждения.

Мой подбородок был расцарапан мужской щетиной до красноты, а губы опухли и стали чуть ли не фиолетовыми.

— Нигде в мире не существует косметики, которая бы это скрыла!

— Потому что женское счастье не скроешь, — заржал он.

— Власов, я сейчас возьму пример с мамы, и кину в тебя чем-нибудь.

— Ладно, родная, — примирительно произнес Артур, обняв меня сзади и уложив подбородок на плечо, — обещаю тебе в следующий раз исключительно нежные поцелуйчики.

— Никакого следующего раза не…

— Будет. Еще как будет, — перебил Власов и чмокнул меня в висок. — Я отвезу тебя.

Прощаясь со мной перед офисом, Артур заявил:

— Отпросись завтра на первую половину дня.

— Зачем это?

— Я поведу тебя на свидание.

— Я никуда с тобой не пойду.

— Пойдешь.

— И вообще, свидания обычно вечером проходят.

— Скукота, — цыкнул он.

— Как ты себе представляешь реакцию моего босса на такую просьбу?

— Нютик, ты же адвокат — соври.

— Я — честный адвокат, — раздраженно поджала губы.

— Тогда скажи правду, и засними его реакцию. Я куплю попкорн.