Онлайн книга «Няня для дочки отшельника»
|
— Баю, бай… Моя радость, засыпай… – доносятся до меня обрывки… Я облокачиваюсь о стену и… И понимаю, что человек, который так любит своего ребенка, не может быть плохим. Он отказался от всего. Он перестроил всю свою жизнь. Он сильный, умный и… очень нежный. И с ней, и со мной… Может быть, я дурочка, но мне он сейчас кажется самым лучшим… — Ба-ай, ба-ай, бай! – слышу тихое из спальни. В первую очередь он ее отец. Он отец Лизы. Именно эту роль он выбрал для себя главной. И, как ни смешно, я не ревную ни капли. Наоборот, скорее, восхищаюсь им. Только вот сейчас мне ждать его бессмысленно. Медленно плетусь к душевой, ополаскиваюсь… Несмотря на тяжелый разговор, в бане было хорошо. Тело разомлело, распарилось, и сейчас очень хочется спать…. Иду в свою комнату, ложусь в кровать и засыпаю, едва коснувшись подушки… . Михаил Не выспался! Давно со мной такого не было. Обычно в деревне сон крепкий и утро бодрое. А тут… вставать ни в какую не хочу. Не выспался. И малышка моя ворочается в кровати, пытаясь проснуться. Придвигаюсь ближе, притягиваю ее к себе… — Миша! – ахает Инга. – Ты тут? — А где же мне еще быть? – ворчу, не открывая глаз. – Ты ушла спать сюда, а я хочу спать с тобой. Фыркает! Хмыкает! Кажется, смеется и… прижимается ко мне всем телом! Да! Моя девочка. Тебе не понравилось то, что я вчера тебе рассказывал, но ты все поняла. Это было в прошлом. Настоящее совсем другое. К тому же… Я все это затеял только, чтобы она поняла про Стеф… Но самого главного рассказать не успел. А сейчас этот разговор возобновлять не хочется. Не сейчас… Руки скользят по ее спине, опускаясь на бедра, губы изучают ее лицо… Инга. Какая же ты сладкая! Неповторимая, уникальная, только моя! Боже, девочка, как же я тебя люблю! — Люблю тебя, – шепчу ей это. Вздрагивает, отстраняется. — Я что, – ухмыляюсь, – еще не говорил этого вслух? — Не-а, – улыбается. – А когда ты сказал это не вслух? — Не вслух я об этом подумал, когда увидел тебя, – шутливо закатываю глаза, – на станции с чемоданом! — Врешь! – смеется. — Вру! – киваю. – Не помню… – вздыхаю. – Но, кажется, уже давно… Люблю тебя, – повторяю, – твой голос, твои плавные движения, твою улыбку и твои глаза… Как ты щуришься, когда думаешь, как ты шевелишь губами, когда пытаешься не подсказывать детям ответ… Смеется… Счастливо, тихо смеется… Инга… — А ты выйдешь за меня замуж? – спрашиваю вдруг. — Это ж вроде уже как решенный вопрос? – удивляется. — Да, но пока это решила только Лиза! – хмыкаю. – У тебя тоже есть право голоса! — Вот как? – громко хохочет. – А чей голос значит больше? — Блин! – притворно чешу макушку. – Ну у нас же демократия? Я и Лиза за! — Миша! – хлопает ладошкой меня по груди и смеется. — А ты не ответила… – очень серьезно произношу я. И она замирает. Внимательно на меня смотрит. Молчит. — Сейчас ты знаешь обо мне гораздо больше, чем вчера утром. И я еще раз тебя спрашиваю: ты выйдешь за меня замуж? Ее губки вздрагивают, ее глазки распахиваются от волнения, она набирает в грудь воздуха… — Ах вот вы где? – совершенно бесцеремонно врывается в комнату дочь. — Блин! – жмурюсь. – Сюда тоже надо замок! — А я вас потеряла! У папы в комнате вас нет! – она по привычке запрыгивает на постель и устраивается у нас на животах. |