Книга Измена. (Не) чужой ребенок, страница 23 – Аня Вьёри

— Я не хочу иметь с тобой никаких дел в будущем, поэтому прикидываешь свои аппетиты и называешь сумму единовременной выплаты, – выдаю ей ледяным тоном. – Если попробуешь решить этот вопрос по-другому, то узнаешь, на что способны Полянские и что могут большие деньги.

— Ты мне угрожаешь? – она пошла красными пятнами.

— Предупреждаю, – ответил сухо. – Называешь свою сумму, после родов оставляешь мне ребенка, а сама исчезаешь из страны. Навсегда. Отказ и все остальное оформим нотариально.

Она согласилась.

У нее попросту не было выбора.

Я снял ей квартиру, подобрал прислугу.

Параллельно этой твари оформили вид на жительство в одной из стран Шенгенской зоны и создали счет, на который должны были перевести сумму для долгого безбедного существования по самым нескромным меркам.

Я не надеялся, что она действительно исчезнет из моей жизни, но рассчитывал хотя бы пару лет о ней не вспоминать.

Оплатил Регине наблюдение у одного из лучших специалистов, приставил к ней медсестру, которая бы следила за ее питанием, состоянием и поведением.

Мне нужен был здоровый ребенок.

Не раз и не два я приезжал по звонку моей работницы, чтобы вырвать у этой дуры бутылку из рук или вернуть ее домой из ночного клуба…

Это были очень сложные четыре месяца.

Очень.

Я почти пережил их. Мне почти удалось.

Беременность проходила хорошо, но я договорился с врачами, чтобы эту мразь положили в отделение заранее. Если честно, боялся, что она что-нибудь выкинет. Исчезнет накануне родов, или наоборот, припрется ко мне домой со схватками. И вот, когда ее наконец, закрыли, я проснулся с мыслями, что еще немного – и я справлюсь. Чуть больше недели до ПДР. Почти пережил.

Но в тот же день за ужином Маша, опустив глаза в пол, скороговоркой проговорила, что еще раз пробовала ЭКО. Опять неудачно.

И тогда я решил попытаться.

Я решил дать жене то, чего она с таким упорством добивается.

Я решил дать жене сына.

Маша

— Хороший мальчик? – шамаханская царица, с которой я столкнулась в приемной своего мужа, придирчиво рассматривает Сашку, кажется, еле сдерживая брезгливость.

— Самый лучший! – вскидываю подбородок я, а у самой все холодеет внутри. Как она посмела? Чего ей надо? Не буду с ней разговаривать, ни одного слова! Есть отношения между мной и Егором. Вот их и надо выяснять. А эта мразь мне никто и звать ее никак.

Но, услышав мой ответ, девица расплывается в совершенно счастливой улыбке.

— Я рада! – выдает довольным голосом она.

— Что? – не понимаю. Правда, не понимаю.

— Я рада, – елейным голосом тянет девушка, но ее улыбка уже напоминает скорее оскал, – что вам нравится мой сын. Можете пользоваться! Мне достаточно вашего мужа!

П

Маша

Моя реальность потрескалась и осыпалась мелкими кусками. Я вдохнула и забыла, как выдыхать. В ушах зазвенело, голова закружилась, я, кажется, перестала что-то слышать или видеть.

Ей достаточно моего мужа… Моего мужа…

А ребенком она разрешает пользоваться.

Нет.

Это не может быть правдой…

Этого просто не может быть.

Я не могу.

Я не выдержу.

Только не так.

Уйти.

Уйти немедленно.

Быстрее!

Еще.

Прочь отсюда!

— Девушка!

Меня как током пронзает чей-то настойчивый окрик.

— Девушка! – зовут уже громче, хватают за руку.

— Что? Кто вы? – не могу сфокусироваться на том, кто меня держит.