Книга Любовь по вызову, страница 94 – Аня Вьёри

Уже светало, когда они оторвались друг от друга. Татьяна лежала у него под мышкой, кончиками пальцев обводя соски, а он дремал. Глаза были закрыты, дыхание становилось глубже.

— Леш, – они были одни в комнате, да и в целом доме, но она шептала. Не могла говорить это вслух.

— М?

— Леш, а почему ты тогда так поступил? Почему продолжил брать заказы?

Грудь замерла – вдохнул и не выдохнул. Резко открыл глаза, напрягся. Сердце пропустило удар. Повернулся на бок, чтобы видеть ее глаза. Так же шепотом ответил:

— Мне на учебу не хватало. На бюджет не восстановили. Мест не было. Либо ждать места, либо платное. Триста у меня было, сотни не хватало.

— Но ты же мог занять?! – в ее шепоте все же послышался крик.

— Мог. Наверное, и должен был. Но… Меня же на работу тогда не брали. Совсем. Как за квартиру платить, не знал, если бы еще и должен был… – зажмурился, сглотнул. – Надо было занять, выкрутился бы. Только тогда все казалось … неподъемным. Я все сделал неправильно. Поступил мерзко. Прости меня… Прости.

— Дур-рак, – она уткнулась лбом в его грудь, помолчала. – Уже простила.

Лешка шумно выдохнул, сглотнул стоявший в горле комок.

— И все равно дурак! – Татьяна пыталась сдержать слезы.

— Знаю, – потерся носом о ее волосы. – Прости, – прижал к себе крепче.

— Давай спать, – снова устроилась у него под мышкой, так, что один нос торчал.

Лешка очень нежно сгреб ее в охапку, устроился поудобнее сам, долго лежали молча. Он поглаживал ее по волосам, потом, похоже, все же уснул. Татьяна лежала без сна, рассматривая сереющие окна. Думала о том, что он ей сказал. О том, что она ему ответила. А она правда простила? Или просто секса захотелось? Лешка завозился во сне, накрыл ее ногой, подмял под себя рукой. Татьяна усмехнулась. Собственник. Даже во сне не отпускает. Не раздавил бы. Поерзала, чуть выползая из под его ноги, и задремала. Будь что будет.

Теплоход медленно шел вдоль берегов Канала имени Москвы. Большое водохранилище, искусственно созданное около ста лет назад, связывало единой сетью живописные городки: Дмитров, Дубна, Кимры, Калязин… Дальше начиналось Московское море и Волга. Экскурсовод много рассказывала о достижениях инженерной мысли и истории маленьких городов по берегам Канала. Величественные в прошлом, сейчас эти городишки представляли скорее жалкое зрелище и годились разве что для нетребовательного осмотра издали. Маковки деревянных церквей, купеческие дома, старые верфи, ну и, конечно, затопленная колокольня в Калязине.

Татьяна дремала, убаюканная шумом воды и монотонным бухтением экскурсовода. Пассажиры предпочитали прогуливаться по палубе, поэтому никто не мешал ей сидеть, вытянув ноги. Лешка сидел рядом, давая ей возможность облокотиться на свою грудь. Обнимал ее.

Экскурсовод, рекламируя другие туры своей компании, упомянул о туре в музей Серова.

— М, туда бы я сходила, – протянула Татьяна.

— Любишь живопись?

— Да! Серов же вообще великолепен. Девочка с персиками. Это же он!

— Ну, ее он писал в доме Саввы Мамонтова. Это в Москве.

— Я знаю, – фыркнула. – Все равно.

— Когда будешь нормально ходить – съездим, – чмокнул ее в макушку Лешка. – Можно будет на машине.

— На машине хочу в Крым!

— Это долго, – усмехнулся. – Лучше самолетом, а там взять напрокат.