Книга Любовь по вызову, страница 8 – Аня Вьёри

Леха: Привет. Как дела?

Набрал. Стер.

Леха: Привет. Что делаешь?

Опять стер.

Леха: Я приеду?

Отправил, пока вообще не запретил себе писать.

Двадцать секунд. Тридцать. Минута. Ладони вспотели, в ушах стучит. Да что за хрень! Телефон отозвался веселой трелью:

Татьяна: Бессмысленно. У меня месячные.

Ах, значит так?! Решила поиздеваться. Ну, получи ответку.

Леха: Я сегодня трахался уже четыре раза. Не хлебом единым…

Двадцать секунд. Тридцать.

Татьяна: Ну, приезжай.

Стук в ушах сменился звоном. Захотелось смеяться и кричать! Еще раз пиликнул мессенджер:

Татьяна: И хлеба купи.

Теперь уже точно засмеялся.

Леха: Какого?

Татьяна: Обычного. Бородинского.

* * *

Заскочил в магазин уже в ее районе. Только по полупустым прилавкам понял, что поздно. Почти десять вечера. Помрачнел. Ей завтра на работу. Ладно, хоть увидеть. Взял последний «бородинский», постоял, посмотрел на остатки выкладки и подхватил коробку с пирожными. Эклеры. Всегда любил.

На ней была длинная туника и высокие теплые носки. Уставшая, с кругами под глазами. Волосы собраны в пучок, заколоты карандашом. В руках листы с текстом. Открыла молча, пропустила в квартиру и ушла на кухню. Постоял в пустом коридоре, хмыкнул, разделся и пошел следом.

Весь стол был завален бумагами с пометками, она сидела спиной к двери и смотрела в распечатку какой-то таблицы. Обводила отдельные столбцы. Тем самым карандашом, что был в прическе. Волосы рассыпались по спине волнистым водопадом. Постоял пару секунд, полюбовался. Потом все же шагнул в кухню.

— Хлеб, – выложил «бородинский». – И пирожные.

И бровью не повела.

— Поставь чайник, – не оборачиваясь.

Набрал воды, включил, сел напротив.

— Опять важная работа?

— Угу… Отчёты смежных отделов…

И опять молчание, только шум чайника.

— Хочешь, помогу?

Подняла на него взгляд, полный упрека.

— Чем?

— Ну... не знаю… разложу листы в алфавитном порядке, – добавил с нотками гордости: – Я буквы знаю!

Засмеялась. Черт, действительно засмеялась! Смела листы в стопку.

— Фиг с ними, не могу уже, – потерла глаза. – Завтра доделаю.

— Да? Можно завтра? Это не срочно?

— К среде…

Откинулась на спинку стула, посмотрела на него так, будто только что увидела. Хотела сказать гадость или колкость, но передумала и обернулась к столу, на котором стоял чайник.

— Ты пирожные притащил?

— Ага, эклеры!

— А с каким кремом?

— А ты какой любишь?

Прищурилась, улыбнулась. Встала, подошла к коробке.

— Ассорти! Чур, мои белые!

— Отлично, я больше люблю шоколадные!

— М… значит, ты решил испортить мне фигуру, – она уже открывала коробку.

— Надо же иногда и есть, а не только работать, – он ухмыльнулся. – Я понимаю, должность и все такое …

— В смысле «должность»? – опять напрягалась.

— Ну, ты же, скорее всего, руководитель, – чертыхнулся про себя, но отступать было поздно.

— Да? С чего ты взял? – в голосе вызов.

— Поведение проанализировал. И предпочтения, – говорил осторожно. Шагал по тонкому льду.

— И что такого в моем поведении?

— Ты привыкла говорить коротко и четко. Явно руководишь. Молодая еще. Так что вряд ли свое дело. Отдел или подразделение в фирме, – подумал и добавил: – И у тебя в подчинении точно есть мужчины.

Ее брови взлетели вверх:

— А это ты как понял?

— Ты хочешь, чтобы в постели мужчина был сильнее, – смотрел ей прямо в глаза. Говорил буднично, словно они список покупок обсуждали. – Значит, в жизни тебе приходится мужиков под себя подминать.