Книга Деревенское счастье опера Морозова, или операция Женить папу, страница 46 – Оливия Стилл

— Так, спасатель, – улыбнулся Морозов, потрепал по макушке сына. – Давай-ка мы пойдём домой, в душ и ужинать. Пора спать. Завтра тебе в школу и кое-кому, кстати, тоже, – мужчина многозначительно посмотрел в мою сторону.

Я усмехнулась, но влезать в разговор отца с сыном не стала.

— Понял, – Ваня понуро опустил голов, наскоро со мной попрощался и умчался домой, под смех Жени. – Слушай, может, поужинаем вместе? – Его голос прозвучал просто и почти буднично, но я заметила, как он искоса взглянул на меня, словно ожидая чего-то. – Ну, если у тебя, конечно, нет других планов.

— Ты же сказал…

— Надо же было что-то ребёнку сказать, – подмигнул мне мужчина, а я слегка засмущалась.

— А как же…

— Ванька умотался за день похлеще нашего. Сейчас ему только до подушки доползти, и он провалится в сон. А мы могли бы…

Тон стал низким, а голос таким томным, что меня аж в жар бросило…

Внутри меня сразу закрутились мысли и вопросы.

Разве это просто ужин, или за ним стоит нечто большее?

— Эм… конечно, я только… я просто приведу себя в порядок, – пробормотала я, стараясь выглядеть как можно спокойнее, хотя сердце забилось быстрее.

— Я приду через час-полтора, – Морозов нахально подмигнул мне и отправился в сторону дома.

Я же… Фух. Не передать словами, что происходило со мной…

Я принялась носиться по дому, нервно оглядывая себя в зеркале.

Что же мне надеть? – спрашивала я себя, пересматривая скромное платье, потом другое.

Перебрав в голове всё – от цвета до фасона, – я решила остановиться на простом наряде, который выглядел не вычурно и вполне прилично.

Обычный ужин – да, но что-то в этом вечере заставляло меня быть чуть более собранной.

После беготни и короткого обдумывания, нужно ли мне накраситься или оставить лицо естественным, я выбрала лёгкий макияж. Это была глупая, детская нервозность – словно перед свиданием, хотя я понятия не имела, свидание ли это вообще???

Когда я вернулась на крыльцо, Женя уже ждал меня, опершись на перила. Он был одет в рубашку и джинсы, и в его взгляде мелькнуло одобрение, когда он взглянул на меня.

— Ты прекрасно выглядишь, – сказал он просто, и я почувствовала, как щёки покрываются румянцем. Сама не зная почему, я неловко кивнула, а внутри всё сжалось от какого-то лёгкого волнения.

Женя водрузил на стол термос, а я на скорую руку сообразила закуски, разогрела мясо с гарниром, и мы решили ужинать здесь, на крыльце.

Устраиваясь на скамейке, я старалась не придавать значения тому, как близко мы сидели.

Казалось, будто всё на свете застыло, и это ощущение нарушалось лишь звуками деревенского вечера.

Мы начали говорить о событиях дня, обменялись парой забавных историй про школьную выставку и смеялись над тем, как Ваня увлечённо презентовал свои домики для птиц.

Разговор тёк свободно, и я почти забыла, что так готовилась к этому ужину.

Когда чашки опустели, мы остались сидеть молча, наслаждаясь вечерним воздухом. Ночь была тёплой и звёздной, и я расслабилась, просто вдыхая запахи, летающие вокруг нас.

— Знаешь, – начал Женя, наконец нарушив тишину, – я рад, что Ваня вдруг изменил своё отношение к учёбе. Он стал таким оживлённым, интересующимся… И ты ему стала дорога.

В его словах звучала тёплая забота, и от этого чувства в груди становилось теплее.