Онлайн книга «Жара в Архангельске»
|
Успех, увенчавший такое трудное для неё дело, окрылил Оливу. В этом ликовании было всё: гордость за свою наконец-то преодолённую застенчивость, радость, что всё оказалось далеко не так страшно, как она думала, сладкие ожидания завтрашней встречи... — Йес! Йес! Йес! Всё идёт по плану… – напевала она, идя в душ. Завернув мокрые волосы в полотенце, Олива села красить ногти. Руки у неё дрожали, и лак постоянно смазывался. Какое-то странное волнение охватило её. По радио Р29 крутили какой-то микс, переделанный из старой, забытой всеми песни – но микс получился офигенный (так Оливе показалось почему-то), хотя она его до этого ни разу не слышала. Он захватывал её, трепетной радостью проникая в каждую клеточку её тела, и Оливе захотелось, словно во сне, раствориться в этой музыке и полететь ввысь, туда, к набережной, где мерцал своими огнями вечерний город Архангельск... Утром она проснулась с ощущением неизбежности счастья. Сладко потянувшись, легко спрыгнула с постели и, ступая босиком по мягкому ковру, подошла к окну и распахнула гардины. Яркий солнечный свет хлынул из окна в комнату. В ярко-синем небе парили морские чайки; ветер доносил с Белого моря лёгкую прохладу. Олива сняла с головы полотенце и длинные медно-рыжие волосы её густой волной упали на плечи. Она с наслаждением потянулась. — Здравствуй, Солнце! — Здравствуй, Олива, — ответило ей солнце, сияя в ярко-синем небе. Она радостно засмеялась и побежала мыться, чистить зубы. Скорей, скорей, надо успеть всё. Сегодня будет клёвый день!!! Олива три часа носилась как угорелая из ванной в комнату и обратно, снимая и надевая по сто раз одежду, не зная, что выбрать: ярко-синий сарафан или оранжевый топик. Ещё сложнее было с причёской: она сначала накрутила волосы щипцами, потом вылила на них полфлакона геля — всё было плохо, всё не то! Пришлось заново мыть голову, сушить и снова завивать. Она вывалила содержимое своей косметички на подзеркальный столик и принялась колдовать над своим лицом. В ход пошло всё: губная помада, тональный крем, пудра, румяна, синие тени от Ruby Rose. Ну и, конечно же, тушь и чёрная подводка для глаз — это обязательно. Работа предстояла поистине ювелирная, а именно: сделать круглое и по-азиатски приплюснутое лицо визуально тоньше и длиннее, широкую спинку носа — по-европейски утончить, узкие глаза — расширить с помощью теней и подводки, а также целиком убрать все свои веснушки, особенно эту «каку» под глазом, как она с раздражением называла одну довольно заметную веснушку на своём лице. Вообще говоря, веснушка эта была не так уж заметна, но Оливе казалось, что люди видят только эту веснушку, и её надо было во что бы то ни стало замаскировать. Олива потратила на все эти манипуляции ещё целый час. А когда, оторвавшись, наконец, от зеркала, взглянула на часы, то поняла, что времени у неё больше нет. А надо было ещё что-то думать с волосами, которые, как назло, уже успели наполовину распрямиться. Тогда она, наскоро начесав попышнее свои волосы и стянув их на макушке в «перья», схватила сумку и выскочила из здания гостиницы, на бегу держа одной рукой зеркальце от пудреницы, а другой поправляя «вавилоны» на голове. — Чёрт!!! Ноги её, обутые в туфли с метровыми каблуками, в спешке заплелись одна за другую, и Олива кубарем рухнула со ступенек. Новые колготки тут же пустили предательскую стрелку вниз от ссаженных до крови колен. |