Книга Жизнь после "Жары", страница 23 – Оливия Стилл

И, несмотря на то, что пока о таком не было и речи, Салтыков каким-то врожденным, инстинктивным чутьём угадал, что учреждать свою фирму надо не в Питере, а как раз-таки тут, в Архангельске. О чём он, ещё будучи в Питере, сообщил Нечаевой.

— Новодвинский заказчик хочет запроектировать торговый центр. И заказ этот получим мы с тобой, — убеждал Салтыков свою деловую партнёршу, — В Архаре у меня полгорода нужных связей, там мы вне конкуренции. Я там такую рекламу сделаю, что все к нам повалят.

— Андрюш, я же за тебя беспокоюсь, — сказала Нечаева, — Просто если мы прогорим, не у меня, а у тебя будут проблемы с выплатой кредита...

— Не будут, — заверил её Салтыков, — Да и с чего ты взяла, что мы обязательно прогорим? Мыслить надо позитивно.

— Но при этом проигрывать все наихудшие сценарии. Чтобы на каждую возможную проблему был готов запасной план. А не так, кидаться в омут с головой — куда удалая вынесет...

— Ты у меня стратег великий! — Салтыков шутливо поцеловал Нечаеву в губы, — Но я тоже об этом думал. Переехать в Питер мы всегда успеем, и офис снять, это не проблема. Но, пока заказы идут с Архангельска — нам же выгоднее начать там...

Так и стартовала в Архангельске их архитектурно-строительная фирма. И стартовала, надо сказать, успешно — заказы практически сразу потекли рекой, и не только из Архангельска и области, но и из других городов. Салтыков, заняв вполне подходящее его деятельной натуре кресло генерального директора, почувствовал себя как рыба в воде. Вот только то, что держателем контрольного пакета акций являлся не он, а Нечаева, слегка свербило его самолюбие. Нечаева в основные производственные вопросы не вмешивалась и скорее выполняла роль главного бухгалтера, однако «держала руку на пульсе», зорко контролируя все финансовые дела компании. Этот её контроль мало-помалу начал Салтыкова напрягать, и он стал подумывать, как бы к ней подъехать с тем, чтобы она продала ему контрольный пакет акций. Но Нечаева тоже была себе на уме.

Он выбрал момент и, под предлогом того, чтобы «обмыть» крупную сделку с заказчиком, пригласил её в ресторан. Ужин закончился не менее романтической ночью в постели и, когда она, удовлетворённая и расслабленная от вина и секса, лежала рядом с ним, он решил, что момент настал.

— Танюш, у меня есть к тебе одно предложение, — пробормотал он в подушку.

— Ммм? — промурлыкала та, — Руки и сердца?

— Почти, — не растерялся Салтыков и выдохнул: — Я хочу купить у тебя два процента акций. По хорошей цене, — поспешно добавил он.

Нечаева села на постели, взяла зеркальце и, послюнив палец, начала стирать им размазавшуюся помаду с уголков рта.

— Андрюш, — сказала она, — Я свои акции вроде как продавать не собиралась...

— Я дам тебе сверху десять процентов от стоимости, — горячо сказал он, и, видя, что звучит это неубедительно, поспешно добавил: — Пятнадцать!

Нечаева, не глядя на него, отрицательно покачала головой.

— Ну хорошо, двадцать! Двадцать процентов. Соглашайся, у тебя эти акции за столько никто не купит...

— Но я не собираюсь продавать свои акции! — повторила она, и в голосе её появились металлические нотки.

Салтыков, видя её непреклонность, сел на постели и нервно закурил.

— Танюшка, ну зачем тебе этот контрольный пакет?