Книга Суровый батя для Снегурочки, страница 9 – Оливия Стилл

Я чувствовал, эту женщину будто на каком-то потустороннем уровне… Что это такое?

Я сидела на краю кровати и смотрела, как Денис возится с ведром. Он, конечно, старался выглядеть полезным, но в моих глазах он был скорее чем-то средним между гостем и обузой.

И всё же было что-то забавное в том, как он пытался держать себя уверенно, даже когда вернулся весь в снегу, с мокрыми рукавами и слегка раздражённым выражением лица. Было сразу видно, что человек далеко не деревенский…

Кто бы мог подумать, что этот незнакомец, найденный в сугробе, так быстро станет частью нашего странного маленького мира. Он был не то чтобы приветливым, но его сухой юмор и невозмутимость каким-то образом вызывали у меня желание ответить ему тем же. Словесные перепалки с ним были почти… терапевтическими.

Но если Денис мог отвлечь меня на несколько минут, то мысли об Андрее не отпускали вовсе. Этот человек, которого я так любила, теперь вызывал во мне только горечь. Даже сейчас, наклоняясь, чтобы снять кастрюлю с печки, я мысленно ругала его.

— Надо было не вытаскивать фрукты из машины, – пробормотала я себе под нос, вспоминая, как быстро Андрей вычищал наш холодильник перед каждым его визитом к «приятелям».

Продукты, кстати, нашлись в старом бабушкином сундуке. Консервы, крупы, немного сушёных овощей. Вот из всего этого и получился суп. Спасибо бабушке за её невероятную способность запасаться, иначе пришлось бы нас всех кормить снегом.

Денис вернулся, поставив ведро воды возле двери.

— Вы великолепны, – сказала я, не скрывая сарказма.

— Благодарю, но я думал, вы это уже заметили, когда тащили меня по снегу, – парировал он, снимая шапку и хлопая её, чтобы отряхнуть снег.

Я фыркнула. Этому мужчине явно нравилось раздражать меня.

А ещё он… странно смотрел на Машу. Иногда его взгляд становился таким задумчивым, что я не знала, что и думать. Он ничего не говорил, но в его глазах мелькали какие-то проблески вопросов, на которые я пока не хотела искать ответы.

Сев за стол, я тихо выдохнула. Маша была счастлива, рисовала что-то в своём блокноте, пока Денис скрипел стулом, усаживаясь напротив. Я заметила, как он украдкой взглянул на Машу, а потом снова перевёл взгляд на меня. Его разноцветные глаза – зелёный и голубой – были необычными, почти гипнотизирующими, и это начинало меня раздражать.

Нет, не раздражать. Что-то другое. Но я пока отказывалась на эту тему даже раздумывать.

— Вы молчите, Ирина. Это значит, что вы что-то замышляете? – сказал Денис, выведя меня из раздумий.

— Замышляю? – я приподняла бровь.

— Если бы я что-то замышляла, вы бы уже копали себе снежную пещеру на улице.

Он усмехнулся, но не ответил, просто продолжал есть суп, который я сварила. Честно говоря, готовка для кого-то, кроме Маши, была для меня чем-то новым.

Андрей почти никогда не ел дома. То есть ел, но не со мной. Все его ужины проходили в ресторанах или на деловых встречах. Я снова почувствовала горечь.

— Вы всегда так смотрите, когда думаете о чём-то неприятном? – вдруг спросил Денис, отставляя тарелку.

— Простите? – я напряглась.

— Вы что, читаете мысли?

— Нет, но вы явно хотите ударить кого-то ложкой. А я вроде ничего не сделал.

Я рассмеялась. Вот что-то в этом человеке было раздражающе смешным. Он умел вывести из себя, но при этом оставить лёгкое послевкусие юмора.