Книга Нулевые, страница 52 – Алекс Джун

Коридор стремительно пустел, школьники забегали в классы, стараясь успеть до звонка.

— Ну все, мы точно не успеем на третий этаж! Что стряслось? – Маша встала рядом с Димой, не понимая, что он затеял.

— Можешь показать мне правую руку? – неожиданно мягко попросил он.

— Нет! – воскликнула Маша, натягивая свитер до кончиков пальцев.

— Пожалуйста. – Дима потянулся к ней и осторожно взял за локоть.

Маша дернулась, но он не позволил ей вырваться, неожиданно сильно прижав к подоконнику всем своим телом. Маша не видела его лица, поскольку Дима склонился над ее правой рукой, а вот ее щеки пылали от гнева и нарастающей паники. Звонок заглушил ругательства, которые сорвались с губ Маши.

— Не надо бояться, – вкрадчиво сказал Дима, словно обращаясь к ребенку.

Его холодные пальцы скользнули по ее коже, задирая рукав свитера, а потом легонько сжали запястье, но даже этого хватило, чтобы Маша вскрикнула от боли.

— И давно у тебя так? Когда и как получила травму? – Дима наконец отступил на шаг, хмуро глядя на Машу и поправляя воротничок своей голубой рубашки.

— В субботу утром. Я проспала, резко встала, запуталась в одеяле спросонок и неудачно упала, – соврала Маша, придумав самое прозаичное объяснение.

— И только рука? – Он странно покосился на Машу, словно пытаясь просканировать ее тело через одежду.

— Да! – От этого пристального взгляда она поежилась и снова попыталась спрятать руку в рукаве.

— А вот тут выше синяки, словно бы от пальцев, – не унимался Дима. – С тобой же ничего в пятницу не случилось?

— В пятницу все было отлично, вон хоть у Тани с Яной спроси! А вот географичка нам головы откусит. Мы уже на пять минут опоздали!

Маша снова предприняла попытку уйти, но Дима оказался удивительно настойчив:

— А почему в больницу не пошла?

— Времени не было! Много работы! Да и вообще, само все скоро пройдет. Отстань уже, а? Тебе-то какое дело?

— Ну тогда пошли до твоей географички. – Дима внезапно взял Машу под руку и потащил в сторону лестницы.

Маша злобно пыхтела, но не вырывалась. В глубине души ей было приятно, что хоть один человек заметил, что у нее болит рука. Отцу, например, даже в голову не пришло поинтересоваться ее здоровьем, хотя Маша нарочно стонала, смазывая при нем мазью опухшую кисть.

— Постой здесь, я первый загляну в класс. – Дима отпустил Машу и вошел, прикрыв дверь прямо перед ее носом.

Через минуту в коридор вышла учительница вместе с Димой. Маша попятилась, не понимая, чем вызвано такое их совместное появление.

— Вот. – Дима с ловкостью фокусника взял Машу за руку, демонстрируя ее опухшую и уже немного посиневшую кисть Инне Михайловне. – Утром упала.

— Тогда, конечно, идите, – кивнула учительница, сочувственно глядя на Машу. – Надо было сразу в больницу ехать, а не в школу.

— Она думала, что само пройдет. Но тут явный перелом. – Дима выпустил Машин рукав. – Спасибо, Инна Михайловна, я отвезу ее к деду.

Учительница молча кивнула и вернулась обратно в класс.

— Что это за сценка сейчас была? – Маша ткнула Диму пальцем в грудь. – Ты меня со своей сестрой, что ли, спутал? Какой еще дед? Или куда ты там меня увезти собрался?

— Пошли. У тебя перелом. А я не уверен, что ты соизволишь сходить в поликлинику. Кисть уже вон раздуло, а ты даже писать пытаешься. И работала все выходные, я прав? Поди, таблетки какие-то пила? – Дима снова взял ее под руку и повел на этот раз вниз по лестнице.