Книга Нулевые, страница 31 – Алекс Джун

От грустных мыслей Машу отвлек звук открывающегося замка.

— Я уже здесь! – крикнул Дима, подбегая к канату. На секунду он странно завис, но потом встал на мат и протянул руки. – Попробуй спуститься. Сорвешься – я поймаю.

— Если я свалюсь, то сломаю тебе шею, а себе ноги. Лучше найди лестницу! – крикнула Маша. – И поторопись, у меня руки болят!

— Да какая лестница? Не представляю, где ее искать. Слезай давай!

— Страшно!

— То есть слезать тебе страшно, а висеть под потолком, сверкая задницей на весь спортзал, – нет? – иронично спросил Дима, и только тогда до Маши дошло, как высоко задралась ее мини-юбка.

Впервые в жизни она не нашлась что ответить, а лишь задохнулась от возмущения.

— Только не вздумай скользить, сотрешь все ладони! Просто перехватывай! – продолжал Дима.

Маша решила последовать его совету, но руки совершенно ее не слушались. Она попробовала двинуться вниз. Уже через мгновение ладони соскользнули, и боль прожгла кожу. Маша завизжала как ненормальная, падая, но Дима не подвел, он и правда ловко ее подхватил, не дав удариться.

— Сильно содрала? – спросил он, ставя ее на пол и пытаясь поймать ее руки, пока Маша одергивала юбку, решившую стать поясом.

— Спасибо, – сказала Маша, сжимая ладони. – Это ерунда.

— И даже плеер на поясе! Ты под музыку тут лазила? – Дима улыбнулся краешком губ, но у Маши не было сил отвечать. – И почему ты просто не сидела на месте? Рано или поздно кто-то прошел бы по этому переходу.

— Еще раз спасибо. А теперь мне пора, – стиснула зубы Маша.

— А рюкзак твой где? – Он окинул взглядом спортивный зал.

— Оставила у гардеробщицы, чтобы не таскать. – Маше наконец удалось придать себе более-менее опрятный вид, хотя руки еще дрожали.

— Тогда пошли, – отозвался Дима, глядя на часы. – Английский поучить не хочешь? У меня еще есть полчаса.

— Ну нет, – помотала головой Маша. – Этого я не выдержу. И на работу уже опаздываю.

— Тогда до завтра. – Дима все же взял ее руки в свои и попытался осмотреть ладони.

Почувствовав его теплые пальцы на своей коже, Маша дернулась.

— Не надо играть во врача! – прошипела она, ощущая что-то похожее на паническую атаку, про которую ей так часто рассказывала Таня. Машу бросило в жар, сердце бешено заколотилось, а дышать стало трудно.

— Как скажешь. – Он выпустил ее руки и протянул ключ. – Верни на вахту, как запрешь зал, а я пошел.

— Подожди. – Едва понимая, что делает, Маша схватила его за рукав.

Дима остановился и посмотрел на нее. В его взгляде отразилось столько усталости, будто он прожил сотню лет, окончательно разочаровавшись в жизни. Под глазами Димы залегли тени, отчего черты его лица казались заостренными, словно у эльфа.

— Позанимаемся завтра? – робко спросила Маша, пытаясь стряхнуть этот странный морок. С какой стати Дима вдруг стал напоминать ей прекрасное бессмертное существо, уставшее от бренности бытия?

— Ладно. – Он пожал плечами. – Это ты увиливаешь от занятий, а не я.

— Тогда завтра после уроков в библиотеке. – Маша выпустила его рукав, и Дима сразу зашагал прочь, будто боясь, что она еще что-нибудь учудит.

Маша медленно выдохнула и потрясла руками. Почему все вдруг стало так до неловкости странно? С самого садика она легко общалась с мальчишками, по большей части считая их невыносимыми дураками. В принципе за школьные годы это никак не поменялось. Маша обычно потешалась над подружками, которые краснели и смущались под взглядами парней. И почему тогда Дима так волновал ее последние дни? Сегодня она даже кожей почувствовала какое-то неведомое притяжение, когда он стоял рядом. Наверное, падение с каната все же не прошло для ее головы даром. Сам же Дима вел себя с ней как обычно, и это даже расстраивало. Хотя он все-таки что-то там ляпнул про ее задницу, а обычно за ним такие замечания не водились. Маша была уверена, что даже с задранной юбкой смотрелась потрясающе. Конечно, ее трусики явно просвечивали через капроновые колготки, но белье она всегда носила приличное и красивое. Так что Маша рассудила, что, раз Диме сегодня повезло на зрелища, надо как-нибудь обернуть это себе на пользу, например напрячь его завтра с домашкой, пусть помогает.