Книга Поцелуй неуловимого босса, страница 54 – Ася Невеличка

Последний месяц мы жили вместе, но я не торопилась продавать свою квартиру, назначать дату свадьбы, пока не узнаю заключение врача.

И вот я здесь. Мой судный час настал. В моей жизни ничего не будет столь же важного, как вынесенное решение сейчас.

Боже, есть ли у меня право на счастье? На жизнь с любимым мужчиной? Могу ли я мечтать о большем, чем ты дал моей маме?

— Ну что ж, Эвелина Сергеевна, – вздохнул врач, а мое сердце упало.

Так вздыхают, когда хотят сообщить страшные новости. Рука Дана, сидящего рядом, тут же накрыла мои и сжала. Он рядом. Пока. Поддержит. Сейчас.

А потом?

В голове сразу же выстроились планы, как я уволюсь и тайком уеду из города, перевезу маму. Уйду из его жизни, чтобы не тащить его за собой в эту бездну. Это моя беда, и только моя. Я не хочу быть его горем, хочу остаться в его памяти только как радость. Пусть быстротечная, но случившаяся!

— Я подробно ознакомился с диагнозом и историей болезни вашей матери. Созвонился с наблюдающим врачом. Мне очень жаль, что вам пришлось пережить такие неприятности.

Я держалась. Смотрела вниз, потому что не могла смотреть на врача, который через минуту перечеркнет и мою жизнь, поставив диагноз.

— Мы пришли к выводу, что ситуация с вашей матерью была спровоцирована высокой стрессовой нагрузкой, запущенной депрессией и физической травмой…

Тут я вскинула голову, с тревогой вглядываясь в лицо врача.

— Травмой? Какой травмой?

Врач замолчал, удивленно разглядывая меня.

— Э-э, в больничной карте вашей матери зафиксировано сотрясение мозга вследствии побоев. Я не знаю, что именно случилось, но перепады в психическом состоянии начались с этого периода. Должного лечения она не получила, а в совокупности всех факторов это привело к прогрессированию неизлечимой болезни.

Я обеспокоенно обернулась к Дану. Побои? Но кто? Когда? Я об этом даже не знала!

— Я н-не знала…

Врач кивнул и снова открыл мою карту.

— Никаких генетический аномалий мы не нашли. Но в случае резкой смены настроения и травмы, вам нужно будет повторить обследование. В целом, вы здоровы, Эвелина Сергеевна.

Я почти почувствовала, как за спиной вырастают крылья. Дан обнял за плечи и прижал к себе. Кажется я непроизвольно заплакала, он всегда обнимает меня и прижимает к груди, когда я начинаю рыдать.

Врач поднялся, чтобы выйти и оставить нас ненадолго одних. Но я забеспокоилась и задержала его.

— Могу я уточнить… А дети… Если это не генетическое заболевание, мои дети… они родятся здоровыми?

Врач оглянулся на меня, оценивающе посмотрел на Дана и снова вернулся взглядом ко мне.

— Будут здоровыми и красивыми. Все в ваших руках!

* * *

Еще через месяц я передавала копии медицинских карт и заключений Вере.

— Ты уверена, что хочешь этого?

Я кивнула. Мы уже все обсудили с Даном. Он поддержал. Отец ушел безнаказанным и до сих пор держал в страхе меня, угрожая признать через суд недееспособной.

Я могла ему простить себя и загубленное детство, но не мать!

— Понимаю, что все сроки давности вышли, но найди мне повод навсегда лишить его права обращаться ко мне и моим детям за помощью, приближаться к моей семье и маме ближе, чем на километр. И я буду тебе очень признательна.

Пусть останется старым, немощным и никому не нужным. Вот тогда он испытает все то, на что обрек нас с мамой!