Книга Ты мое наказание, страница 79 – Полина Зорина

— И то и другое, — рвано выдохнула.

— Слушай, выходи за меня замуж. И ребенок будет как бы мой. Никто ж не знает, кто его отец. Мать квартирантов с квартиры выпнет, переберемся туда. Она, правда, у черта на куличках, зато своя.

Я не верила своим ушам.

— Влад, мы же вместе под стол ходили. Какая свадьба?

— Видишь, как долго мы друг друга знаем и до сих пор не поссорились.

Наверное, прямо сейчас это и случится.

— Чтобы жениться, нужны чувства. Понимаешь?

— Они есть. По крайней мере, у меня.

Щеки Влада покраснели, а кадык дернулся.

— Ты мой лучший друг.

— Мне этого достаточно, — тихо сказал он.

— Мне не достаточно, Владик. Я не хочу выходить замуж, потому что приспичило.

— А за папашу вышла бы? — со злостью произнес он.

— Нет! — слишком поспешно ответила я.

— Этот тот мудень с твоей работы? Ты же больше ни с кем не общалась.

Я промолчала.

— Давай я ему шины порежу или напишу говноотзывов с фейковых акков?

— Оставь его в покое.

— Варь, он задурил тебе голову. И он должен ответить. Может, вообще полицию подключать надо? Он тебя принуждал? — его голос клокотал от ярости.

— Я сама виновата. Это я заставила его.

— Если б я тебя не знал, я бы тебе поверил, — мрачно произнес Владик.

— Значит, ты меня не знаешь.

— Варь, не выгораживай его, ладно? — мягко сказал он. — Если он виноват, то должен ответить по всей строгости закона. Я смогу тебя защитить. У бати менты знакомые есть.

— Не надо меня защищать. Просто забудь о нем. И обо всем, что я тебе говорила.

— Ладно, не кипятись. Кто там? — он легонько ткнул меня пальцем в живот.

— Ребенок.

— Ясно, что не слоненок. Пацан или девка?

— Я откуда знаю.

— Ну попроси, чтоб просветили живот.

— Вот ты тормоз. Рано еще. Не видно кто.

— По палатам расходимся! Посетители на выход! — шикнула на нас проходящая медсестра.

Владик, несмотря на ее запрет, донес сумку прямо до моей кровати, неловко обнял меня и ушел.

Я пролежала в больнице неделю. За все это время мать не только не навестила меня, но и не позвонила.

Владик был единственным человеком, который навещал меня каждый день.

Приезжала Милана. Она привезла мне трусики. Я так и не решилась попросить Владика купить мне нижнее белье. Это было слишком — просить парня о таком. Сам он, конечно же, не догадался. И хорошо. А то бы припер бабушкины рейтузы. Увидев мой цыганский халат и огромные мужские тапки, Милана в следующий визит купила мне тапочки и две пижамки.

Она, как и Владик, была шокирована новостью о моей беременности. Но, в отличие от него, она не выпытывала, кто отец и как так вышло.

— Расскажешь потом, когда будет желание. Сейчас главное — твое здоровье. И здоровье малыша. Постарайся не расстраиваться. Он все чувствует.

Домой меня привез Владик. Донес мои сумки до квартиры. Меня встретил мелкий, услышавший щелканье поворачивающегося ключа. Уткнулся мне в живот головой, начал что-то болтать на своем тарабарском. Старшие мальчишки были еще в школе.

Мать вышла из кухни:

— Вот видишь, все к лучшему. Он никому не был нужен. Родишь еще.

Каждое ее слово вонзалось в сердце острым осколком.

Мать, самый родной человек, сейчас уничтожала меня.

— Он мне нужен. Я лежала на сохранении. Видимо, я молилась усерднее.

Мать не сразу поняла смысл сказанного.

Как только до нее дошло, она поменялась в лице: