Книга Ты мое наказание, страница 27 – Полина Зорина

— Ничего! — буркают в один голос.

Но, к счастью, с уроками сегодня мы разобрались намного быстрее, чем обычно, заодно удалось помирить их. С чувством выполненного долга, я отправилась застирывать блузку от кофе.

Она больше напоминает тряпку, так на ней нет ни единого чистого участка.

Несмотря на то, что я долго терла ткань хозяйственным мылом, результат меня не радовал.

Плюнув, оставила ее в тазике, пусть замачивается. Что с ней делать дальше, решу завтра.

Утро не задалось.

Пришлось биться с папой за пакет, который он решил прихватить на мусорку по пути на работу, убеждая, что мне это сделать проще.

После убеждать старенькую вахтершу на проходной университета, чтобы разрешила оставить пакет с пальто у себя. Она долго проверяла пальто на предмет наличия бомб, а потом все же смягчилась, и мне не пришлось таскаться с огромным пакетом.

Из-за приключений с пакетом в аудиторию я пришла под звонок, плюхнулась на парту рядом с Иркой. Подруга тут же начала расспрашивать, получилось ли с практикой, и наябедничала на Шаповалову, которая всем уши прожужжала, как Соколов на нее смотрел.

— В общем, у них намечается любовь, большая и чистая.

Я кивнула. Пусть так. Лишь бы от меня все отстали.

Но на перемене Даша все же не упустила возможности меня уесть.

— Говорят, вчера ты рано ушла. Неужели выгнали? — захлопала наращенными ресницами. — Так надо быть аккуратнее с документами.

— Знаешь, что такое бумеранг? Так вот он к тебе уже летит.

— Больная, — фыркнула Даша и, подхватив своих подружек, поцокала в кафе.

Любопытной Ирке все же пришлось рассказать о причине нашей маленькой перепалки. А потом потянулись лекции, во время которых Ирка не теряла надежды разузнать хоть что-то о Соколове. Приходилось отмазываться, говоря, что, как только пришла, работала в отдельном кабинете и копировала бумажки.

Не то чтобы я не доверяла Ирке, но у меня такое мнение: меньше знают, крепче спят. Слушать о себе сплетни по универу я не хотела. Я даже Миланке ничего не рассказала.

Постыдный факт моего ползанья по ковру должен остаться в тайне.

С Шаповаловой мы приехали к офису Соколова одновременно, хотя она ехала на своей машине, а я на автобусе.

Конечно же, она не упустила шанс постебаться над моим баулом.

— Ты не заблудилась часом. Здесь не помойка.

Я промолчала. Надо признать, что с мусорным пакетом, зажатым в руке, я выглядела любопытно.

Грымза-секретарша только поджала губы, когда я спросив, нет ли кого у Соколова, ввалилась к нему.

Уголки его губ дрогнули, будто он хотел улыбнуться, а потом передумал.

— Вот, — я плюхнула мешок ему на стол.

— Надеюсь, там не труп и мне не придется тебя отмазывать. И почему ты снова в своем жутком пальто.

— Потому что я не могу принять ваш подарок.

— Кажется, вчера мы обо всем договорились.

— Вчера договорились, а сегодня передоговоримся.

— Не понял, — он почесал подбородок.

— Я не смогу объяснить родителям, откуда оно взялось.

— Это же элементарно, — он постучал пальцами по моему лбу. — Скажи, что практика оплачиваемая и работодатель дал аванс.

— Только этот аванс я должна была бы отдать семье, а там бы уже распределили, что на кого потратить.

— У вас семья старообрядцев? Что за странные правила?

— Вам легко так говорить. У вас одна консультация стоит столько, сколько наша семья получает в месяц.