Книга Танец первой жены, страница 63 – Полина Зорина

Айза все еще терла заплаканные глаза и с надеждой смотрела на входную дверь, ждала, что папа с ней попрощается.

Я мельком взглянула на окно в нашей спальне, и мне показалось, что качнулась занавеска. Я задержала взгляд. Тонкий тюль едва заметно дернулся.

Смотри, Эмир, любуйся на то, что ты разрушил.

Расул не подошел ближе, просто кивнул со своего места:

— В добрый путь!

Но стоял до тех пор, пока машина не выехала за ворота. Айза обернулась и махала Расулу.

Азамат вел осторожно. Дороги зимой коварны.

Я прижалась лбом к холодному стеклу, глядя на дома, выплывающие из тумана.

Сначала мы вырвались из долины: многоэтажки сменились редкими домиками на склонах. Айза, утомленная истерикой, прильнула ко мне, поглаживая плюшевого зайку.

— Папа... почему он не вышел? Почему не проводил меня? – спрашивала меня уже в который раз и получала тот же ответ.

— Он болеет, солнышко. Как только поправится, вы обязательно увидитесь.

Лейла спала в люльке, посапывая и держа кулачок у рта.

Руфина молча сидела впереди, только иногда вздыхала, глядя в окно.

Тихо урча, машина карабкалась по первому серпантину. Справа обрыв. Внизу чернела река, скованная льдом.

До аула мы ехали почти два с половиной часа. По горным дорогам торопиться нельзя.

Домик бабушки Зайнаб был маленьким и неказистым. Деревянный забор почернел от времени и покосился. Видимо, поправить его было некому. Азамат стукнул ладонью по рулю. Сигнал получился громкий и нервный.

Никто не вышел из дома.

— Уснула она там, что ли?

Он снова ударил по клаксону. И только тогда дверь отворилась.

Эту родственницу Азамата я не видела даже на фотографиях и представляла ее себе милой, доброй старушкой, но одного взгляда было достаточно, чтобы понять, что это не так.

Она была одета во все черное, и лицо ее напоминало застывшую восковую маску.

Да и оглядывала она нас неприветливо, когда мы все высыпали из машины.

Айза спряталась за мою спину.

— Это жера-баба? – дергая меня за подол, спросила она.

— Нет, это бабушка Зайнаб.

— С разводом не затягивайте, мне еще их три месяца идды терпеть. Будьте спокойны, никто не усомнится в ее чистоте. У меня не забалуешь, – голос звучал глухо, как из бочки.

От ее слов по спине пробежал холодок. Не на такой прием я рассчитывала.

Азамат открыл багажник и подхватил самые тяжелые сумки, Руфина и я взяли сумки полегче.

— А набрали сколько! Вы на год тут собрались оставаться, не иначе? – проворчала старуха.

Айза жалась ко мне, стараясь спрятаться от ее цепких глаз.

Зайнаб отворила дверь перед Азаматом, пропустила нас в дом, потом вошла сама, указала на дверь.

— Там их комната.

Комнатка была маленькая, совсем крошечная. Узкая кровать, раскладное кресло, стол да шкаф, – вот и все что сюда вместилось. И места осталось – не развернуться. Даже возникли сомнения – встанет ли здесь люлька Лейлы.

Мы поставили сумки, загородив почти весь проход, и вышли из дома. Айза побежала за мной, хотя я просила ее остаться. Дочь испугалась находиться здесь одна.

Я достала Лейлу из автолюльки. Она все же проснулась и заплакала. Азамат достал из багажника сложенную колыбельку, потащил ее во двор.

— Еще и орет, – прокомментировала плач Зайнаб. – Где были мои мозги, когда я соглашалась на это испытание!

Я окончательно поняла, что просто мне здесь не будет.