Книга Танец первой жены, страница 33 – Полина Зорина

С Айзой они читали по вечерам книжки.

Я не чувствовала себя его женой, но хотя бы отцом он оставался.

В душе я была рада, что он не намеревался делить со мной постель. Одно его присутствие было тягостным: вызывало не счастье, а глубокую печаль и тупую боль в сердце. Я не хотела, чтобы он касался меня после той, другой. От одной мысли, что он тронет меня к горлу подкатывала тошнота.

В воскресенье нам предстоял сложный день: устраивали чаепитие по поводу рождения Лейлы. Вся родня должна прийти с подарками и добрыми пожеланиями. Им наконец покажут малышку.

Субботним утром мы с Руфиной пили чай на кухне, обсуждая, что лучше приготовить на праздничный обед, когда вошли Эмир и Мадина, оба нарядно одетые.

Мадина налила мужу чай, отрезала халвы, подала на стол.

— Что это за еда? Поешьте нормально, – поджав губы, посмотрела на них Руфина.

— Мам, некогда. На прогулку собираемся. Поедим в ресторане, – отозвался Эмир, спешно отхлебывая чай.

Руфина нахмурилась:

— А ты не помнишь, какой завтра день?

— Помню.

— И вы собираетесь на прогулку?

— А что такого? Разве вы с Амирой не справитесь?

В его голосе сквозила поразительная незамутненность, будто он и не подозревал, что собирался нарушить традиционный уклад.

— Отец с рассветом поехал на овчарню за лучшим барашком, Расул на рынке покупает продукты. А вы собрались гулять без забот и хлопот? – спросила как неразумного Руфина.

— Мадина всю неделю работала в салоне. Пусть отдохнет. Приедет вечером и поможет.

Вот так все просто. Пусть она отдыхает, пока мы с мамой драим полы и делаем заготовки на праздник. А к вечеру мы успеем управиться, и Мадина приедет на все готовое.

— Работа не должна препятствовать домашним делам, – отрезала Руфина. – Если она устает от работы, так пусть не работает, а занимается домом и готовится к рождению ребенка. Прежде всего она жена и будущая мать. Или пусть все успевает и не жалуется.

— Мам, я все понимаю, – негромко произнесла Мадина. Ее голос дрогнул. – Я очень устаю на работе. Но готова вносить свою лепту в домашние дела. Давайте вызовем клининг. Я все оплачу. Они все сами сделают, а вы можете приятно провести выходной.

— Это кто-то чужой придет и будет трогать руками мои вещи, во все углы заглядывать? – воскликнула Руфина. – Пока я жива, ни одна посторонняя женщина не будет хозяйничать в моем доме. Даже на порог не пущу.

— Мам, ну правда, мы ненадолго, – улыбнулся Эмир. – Вернемся пораньше.

— Хорош сын! Хочет, чтоб мать надрывалась одна. О, Всевышний, за что мне такое горе! – она страдальчески воздела руки к потолку.

— Почему одна? Тебе поможет Амира.

— Амира сейчас уезжает, – не моргнув глазом, выдала Руфина. – Фатиме нужно срочно подшить новые шторы для всех комнат на втором этаже.

— Что? – вырвалось у меня.

Руфина замахнулась на меня рукой:

— Вот как дам сейчас! Совсем после родов с памятью беда! Всю неделю твержу ей про эти шторы. В каких облаках витаешь? Ни на кого в этом доме надеяться нельзя.

Выпучив глаза, я смотрела на Руфину. Она никогда не разговаривала со мной так грубо. О шторах я слышала впервые, но спорить с ней не стала. Незачем обострять конфликт.

— Азамат приедет и отвезет тебя с Лейлой. И пока все шторы не подошьешь, не возвращайся. Да, смотри хорошо шей. За каждый стежок отвечаешь, чтоб не было стыдно мне в глаза людям смотреть.