Книга Игра, разорвавшая время, страница 86 – Ольга Солнцева-Кларк

И тут заметил Илью.

— Илья? Я не слышал, как ты зашел, — проговорил священник, улыбнувшись. — Ты взволнован? Что-то случилось?

У Ильи перехватило горло. Он не смог вымолвить ни слова.

— Я знаю, что случилось! Точнее, случится, — громко сказал Гоша, чтобы привлечь к себе внимание.

Отец Василий вздрогнул от неожиданности, обернулся на звук его голоса.

— Здравствуйте, молодой человек! Кто вы?

— Это неважно, — резко ответил Григорьев.

Паника начала овладевать им. Он понимал: надо торопиться. Вот-вот может начаться бомбежка.

Его вдруг затрясло, дыхание участилось. Он бросился к отцу Василию, схватил его за рясу, потянул к выходу, приговаривая быстро, сбивчиво:

— Надо уходить!.. Сейчас будет взрыв!.. Надо остановить людей!.. Они уже идут сюда…

Отец Василий нахмурился, отшатнулся. Странный парень что-то бубнит себе под нос, тянет его куда-то.

— Что с тобой? Ты бредишь?

Он многое в жизни повидал. Он знал, что люди от страшных событий могут сходить с ума.

— Эй! — громкий оклик со стороны заставил всех троих обернуться.

Свирепов уже пришел в себя. Он снова держал в руках ломик. Вид у него был грозный.

— Фрол? А ты как тут оказался? — снова удивился отец Василий.

Он быстро оглянулся на дверь. Та была плотно закрыта.

Свирепов понял это движение по-своему. Он рывком бросился вперед и загородил дорогу к выходу.

— Отсюда никто не выйдет, пока я не получу сундук. Эй, ты! — крикнул он Гоше. — Где клад? Я убью всех троих, если вы мне не скажете.

Оранжевые точки свечей отражались в глазах Свирепова. Взгляд его светился безумием.

— Фрол? Ты в порядке?.. Я вижу, ты чем-то обеспокоен, — голос отца Василия был мягок и тревожен. — Как ты тут оказался? Я думал: ты в лесу, с партизанами.

Резко и коротко прозвучала фраза, брошенная Ильей:

— Он — с фрицами!

Отец Василий ошеломленно обернулся к нему.

Гоша продолжил мысль своего товарища:

— Он уже направил сюда самолет немцев. Нам надо уходить как можно быстрее!

— Какой самолет⁈ О чем ты говоришь, дурак? — завопил Свирепов. — Клад! Где клад?

При этом он поднял ломик вверх и угрожающе стал размахивать им. Металлический стержень блестел оранжевыми всполохами в свете свечей, и казалось, это не ломик, а огненная палица. На стенах и в темных углах заплясали тени. Словно Свирепов теперь был не один, а за ним стояла целая вооруженная банда.

Он неожиданно взревел и бросился с ломиком над головой к Гоше. Тому едва удалось увернуться.

И тут входная дверь с шумом распахнулась. В церковь стали торопливо заходить люди. Их одежда была мокрой от дождя. Женщины, старики, подростки. Маленькие дети — на руках или прижавшиеся к матерям. Некоторые из них плакали.

— Мама! — услышал Григорьев тревожный возглас Ильи.

Его приятель продвигался к высокой женщине со светлыми волосами. Она увидела сына, обернулась к нему.

Гоша узнал другую молодую женщину — с длинными косами и малышом на руках. Она громко заговорила, обращаясь к священнику с той же самой фразой, что и в прошлый раз:

— Отец Василий! Поселок бомбят. Фриц на самолете летает. Мы сюда прибежали. Церковь бомбить не посмеет! Ведь так?

Малыш у нее на руках заплакал. Тут же подхватили плач и другие ребятишки.

— Будем молиться! — произнес священник. — Все в руках Божьих!

И обернулся к Свирепову: