Книга Красавчик с изъяном, страница 35 – Анна Жнец

Я понимала: Шадриан не до конца поверил моим словам — и видела лишь один способ развеять его сомнения полностью.

— Очень нравится.

С мягкой улыбкой я опустилась перед ним на колени.

Шадриан

Шадриан не мог поверить своему счастью. Неужели кому-то может понравиться его обрубок?

Но Морвелла уверяла, что не видит в нем недостатков и, похоже, говорила это искренне.

А вдруг — нет?

Словам женщин нельзя доверять. Они коварны, жестоки и любят играть с чужими чувствами. Что, если Морвелла подарила ему надежду, чтобы потом, когда он откроется ей и станет особенно уязвим, ударить побольнее?

Он почти увидел, как ее мягкая улыбка превращается в злой оскал, и услышал в голове издевательский смех.

«Ты поверил? — хохотал ее призрак, глядя на него с откровенным презрением. — Нет, ты правда поверил, что меня устроил твой убогий червяк? Да ты просто дурак! Ничтожество и дурак!»

Этот образ, внезапно возникший у Шадриана в голове, заставил его содрогнуться.

Нет-нет, Морвелла не способна на подобную подлость. Она не Дзирра.

И ее ласки такие нежные, а руки — заботливые.

Шадриан не привык к таким прикосновениям. Редкие бывшие любовницы брезговали его членом. Он был слишком маленьким для них, а потому не заслуживал внимания. С большими они еще могли поиграть, но это тоже не было лаской, которая доставляла удовольствие. Многие мужчины жаловались, что перед близостью их концы дергают, мнут, теребят, словно проверяя на прочность, и в этом нет ничего приятного. Иногда даже приходится терпеть боль и при этом следить, чтобы не упало, иначе женщина оскорбится, а горе-любовник будет опозорен.

Шадриан не знал этих проблем. Казалось, эльфийкам противно трогать его короткий отросток. В основном они хотели его умелый язык.

Впервые за всю его жизнь женщина взяла Шадриана в ладони и принялась гладить — мягко и неторопливо. Его захлестнули новые, неизведанные ощущения. По всему телу растеклось тягучее тепло, а голова стала звеняще-пустой, и ему это нравилось — принимать ласку и ни о чем не думать. Морвелла касалась его внизу без обычной для местных стерв грубости, с деликатной осторожностью, а когда надо — сильно, почти требовательно. И долго не убирала руки, превращая наслаждение в сладкую пытку.

Это длилось и длилось, длилось и длилось. Не пару секунд, не минуту. Целую вечность.

Шадриан таял от блаженства. У него ослабли колени. Сердце билось гулко и тяжело. Морвелла трогала его так, словно он желанный, полноценный мужчина и его член прекрасен.

Остро, почти до боли он захотел, чтобы она стала его женщиной. Его женой. Навсегда.

Но что, если для Морвеллы их близость — обычное развлечение: не жестокая игра, нет, но всего лишь мимолетная забава? Что, если сейчас она с Шадрианом только по одной причине — ей интересно попробовать с таким, с маленьким? Утолит она свое любопытство и жажду разнообразия — и отправится к другим мужчинам, с нормальными, большими, членами, а Шадриана оставит с разбитым сердцем.

Он этого не переживет. Это его окончательно сломает.

Неожиданно любимая госпожа скользнула куда-то вниз. До этого он чувствовал ее теплое дыхание на своей груди, а теперь — у живота.

Шадриан опустил голову, наблюдая за тем, как удаляется ее светлая макушка.

Сперва он решил, что Морвелла что-то уронила и хочет поднять с пола. Потом он испугался, что ей стало плохо и она оседает от внезапной слабости, но увидел ее мягкую улыбку и растерялся.