Книга Развод. Мне теперь можно всё, страница 15 – Софа Ясенева

— Но я могу сюда вернуться? — уточняет он, будто взвешивает, не обманываю ли я.

— Конечно, в любой момент, — уверенно киваю.

Будто торгуясь сам с собой, он исчезает в комнате. Слышу, как там шаркают шаги, гремят молнии и застёжки, а через десять минут он выходит в коридор с рюкзаком, куда, судя по форме, засунул впопыхах половину шкафа.

— Поехали, — хмуро бросает он и тут же отворачивается.

Я не выхожу проводить их. Сил больше нет. Ложусь прямо поверх покрывала, и слёзы сами находят выход. Пусть смоют с меня всё сегодняшнее: злость, унижение, растерянность. Я обязательно буду сильной. Но чуть позже.

Телефон пиликает в темноте, и я автоматически тянусь к нему. В шторке новое письмо.

Открываю — и замираю, не веря своим глазам.

* * *

Мои хорошие,

Приглашаю вас в ещё одну новинку литмоба "Дальше без тебя"

Лена Ручей "Развод. (не) мой мужчина"

https:// /shrt/QMQn

“Думаю, ты слишком наивная. Я тебе приоткрою глаза на твоего мужа.”

И вложение с тремя фото.

Дрожащими руками открываю первое. Сердце глухо бухает, будто меня ударили в грудь. Толмацкий у ресторана стоит с какой-то женщиной и целует её. Снято со спины, он почти полностью перекрывает обзор, и лицо её рассмотреть невозможно. Но это точно не я. Чужое пальто, чужие волосы. Кадр зимний, у «Сакуры», модного японского ресторана, куда он якобы не ходит — и куда мы вместе никогда не выбирались.

Вторая фотография снята изнутри кафе: Толмацкий сидит за столиком с блондинкой. Первая была рыжая. Две разные женщины — и ни капли смущения. Она смотрит на него с явным флиртом, рука почти касается его руки. А он улыбается так, будто весь мир у его ног. Расслабленный, довольный жизнью, чужой. Не мой.

Третье фото добивает. Университет. Знакомое здание, чёртово крыльцо, около его «Мерседеса». И он, галантный кавалер, целует даме руку. Не просто случайный жест — театральный, красивый, демонстративный. Тот самый, которым когда-то очаровал и меня.

Чёртов дамский угодник. Предатель. На всех трёх фотографиях женщины смотрят на него так, будто готовы утонуть в нём, а он отвечает им взаимностью. Даже не пытается скрыться. Всё на ладони. Нужно было только оказаться рядом в нужный момент, и вот результат.

Меня трясёт. Смешно: я ещё думаю не о самих изменах, а о том, кто это снимал. Неужели кто-то следил за ним? Зачем? Это не выглядит как случайность — слишком разные места, разные женщины. Кто-то собирал досье. Но кто? Его конкуренты за кресло в министерстве образования? Или даже выше?

Нет, это слишком мелко для большой политики. Чтобы серьёзно пошатнуть карьеру Толмацкого, одних только этих снимков мало. Репутация примерного семьянина помогает, но она лишь часть мозаики.

Возвращаюсь к письму. Адрес отправителя ничего не говорит, только подпись интересная: «Правдолюбка». Женская. Но кто она? Любовница, отвергнутая и мстящая? Очевидец, который вдруг решил стать спасителем? Или кто-то, кому просто выгодно столкнуть меня с мужем?

Я ничего не понимаю. Мир качается, как будто пол уходит из-под ног. Хватаюсь за единственную мысль: может, получится выяснить, чья это почта. Надо спросить у мужа Марины. Он программист, шарит во всех этих штуках, за пять минут найдёт то, о чём я и не подозреваю.

Сохраняю все фото себе на телефон. Пусть будут. Будет чем ткнуть мужа в лицо, если он вдруг снова задумает давить на меня. А в случае чего — эти снимки можно будет использовать как доказательство измен при разводе.