Онлайн книга «Сильнее меня»
|
Это не резиновые тридцать минут, время, наоборот, летит. Я спускаюсь в туалет и прохожусь по волосам расческой. Наношу на щеки слой пудры, нахожу в кармане сумки серьги… И отдыхаю от экрана. Смотрю на проходящих по улице людей, считая их, как овечек, пока среди незнакомых силуэтов не появляется такой до боли знакомый. Паша приближается к кафешке легкой трусцой, потому что продолжает моросить дождь. Меня внутри обдает шипучей волной — я с самой первой встречи не могу смотреть на Багхантера просто так. Без каких-либо эмоций или ощущений. Всегда их куча! Он одет в голубые джинсы, футболку и джинсовую куртку. Я в основном смотрю на его лицо, хочу понять настроение, но в конечном итоге этим взглядом лишь передаю собственное. Свое напряжение. Свою… дистанцию. Ведь Охотник смотрит на меня с легким прищуром, когда оказывается рядом, и не предпринимает попыток меня поцеловать. Дотронуться, приблизиться! Он притормаживает и просто… садится напротив. Кажется, я от этого начинаю чесаться. Собственная реакция сильнее меня, даже несмотря на то, что последние полчаса я проговаривала и проговаривала заготовленные слова! Включала голову! Я все равно на большую половину остаюсь просто девушкой, которая… хочет своего парня! — Как самочувствие? — спрашивает Паша. Я рада ухватиться за его вопрос. Я отвечаю так поспешно, что его взгляд, кажется, становится еще внимательнее: — Все нормально, а ты? Как твоя поездка? — Чуть не опоздал на самолет. — Вот блин… — произношу я. Он делает легкий кивок. — Откуда ты? — спрашиваю быстро. — Из тренажерки. — Да, — говорю с коротким смешком. — Точно. Локация его спортзала выскочила у меня из головы, но теперь я понимаю, почему он оказался так недалеко. Мы смотрим друг на друга, и я не могу достать из себя больше ни единого вопроса. Я не видела Охотника несколько дней. На внутренней стороне моего бедра почти исчезнувший след от его щетины! Моя потребность просто на него смотреть сильнее меня! Тем более когда меня поглощает ощущение, что так внимательно, как он сейчас, на меня никто никогда в жизни не смотрел. И Паша не спешит создавать со мной непринужденную беседу. Он молчит, чуть выгнув бровь. Я отворачиваюсь, говоря: — У меня проблемы, если честно… — Проблемы? Пф-ф-ф… Я разглаживаю платье у себя на коленях. Произношу заготовленные слова, продолжая смотреть в сторону… — Да… мой брат… наделал глупостей. Попал в историю. У него проблемы. Мой брат… Макс Сотников. После звенящей паузы Паша ровно произносит: — Твой брат? — Да… младший. Я перевожу на Пашу взгляд. Его бровь все так же заломлена. — Моя семья… мы… Можно я буду парламентером? Охотник наконец-то оживает. Впервые с того момента, как сел напротив, двигается: подается на спинку стула, складывает на груди руки… — Ого… — произношу я. — Это закрытая поза… — Не обращай внимания… — отзывается Паша. Я смотрю на свои руки. Смотрю на Охотника. — Мы… очень бы хотели попытаться решить все мирным путем. Может, мы можем как-то компенсировать ущерб? Извинениями или… хочешь получать бесплатные уроки тенниса до конца жизни? Я поясняю тут же: — Это шутка, конечно же. Или нет. В любом случае мой отец — тренер первой категории. Извинения мы… приносим их, естественно. И, может быть, мы можем что-то для тебя сделать? Ты ведь понимаешь, вопрос настолько серьезный, что я не преуменьшаю — мы на все готовы… |