Книга Адель. Служебный роман, страница 60 – Алиса Коршунова

Пыталась проработать себя.

Мысленно представляла, что будет, когда моё предполагаемое предательство раскроется. Хотелось бы морально быть готовой и стоически выдержать все невзгоды… Но я не могу найти ни одного укромного уголка, где можно было бы спрятаться от собственных мыслей.

На нервной почве у меня настолько начала подтекать крыша, что в моей голове постоянно прокручивались образы того, как я иду по офису, и все вокруг уже знают, что я планирую сделать. Окружающие тычут в меня пальцами, чуть ли не обвиняя во всех смертных грехах… и четвертуют.

О боже! Это как бессмысленный шаг в пропасть!

Дыхание непроизвольно учащается. Я должна буду сделать то, что я не должна была бы делать ни при каком раскладе. И от этого я чувствую себя использованной. Неприятно.

С каждым новым кошмаром, с каждым новым мгновением я всё больше приходила к осознанию, что не могу теперь быть уверенной в своём будущем. Всё это время я строила свою карьеру, но тут появился в моей жизни какой-то левый гондон, решивший испохабить все мои усилия из-за своих каких-то непонятных амбиций.

Я стала нервной, дёрганой в течение дня. И это оказалось заметно настолько, что окружающие начали на меня коситься. Неприятно, но исправить сей плачевный факт никак не могу. Не на транквилизаторах же мне сидеть?!

И ночи… Они по-прежнему оставались особенно тяжёлыми. Я каждый раз просыпалась примерно в третьем часу в холодном поту, чувствуя, как мои собственные страхи перекрывают мне кислород, не давая и малейшей попытки отдышаться.

Порой я ловила себя на мысли, что уже не могла отличить сон от реальности, все мои переживания превращались в один кошмарный круг: "Твой карьерный путь подошёл к концу. Ты предательница. Ты падшая женщина."

Я не могла найти покоя. Моя работа не столь важна и нужна. Моя специальность не подразумевает решение каких-то глобальных или жизненно важных задач. Всё гораздо проще и прозаичнее. Но… даже если я не приношу социально значимую пользу миру, я хотела бы всегда оставаться "человеком".

Темнота. Истошный крик. Осознание, что это ещё не случилось.

Как трудно знать, что тебя никто "не слышит". Как больно осознавать, что только ты есть сам у себя. Никто не поможет.

Хотя… может, кто-то и способен помочь, но… мне стыдно говорить об этом. Очень стыдно.

Лежу на кровати. В тёмной комнате. Из освещения — только блёклый лунный свет.

Глаза оцепенело уставились в потолок.

Тишина в квартире была почти глухой, но в голове моей снова и снова прокручивалась одна интуитивная мысль: "Я не смогу уйти безнаказанно, даже если соглашусь."

Да, Арс предложил мне выгодный выход из всех проблем. Конечно. Вот только почему я чётко ощущаю, что за этим так называемым выходом, этаким спасением, скрывается бездна?

Разве можно верить его словам, его обещаниям? Тут и дурак поймёт, как всё работает. Он держит меня за горло, и если я взбрыкну на какие-то его последующие условия (а я почему-то не сомневаюсь, что они будут), я никогда не смогу вырваться из сетей.

Стоит лишь один раз пойти на уступки, и всё, последствий не оберёшься. Я ещё не успела согласиться, но он уже вышел за рамки начальника, командует мной, как вздумается. Мне много предлагают взамен за послушание? Окей, но ведь не это важно, а то, что я стану его пешкой.