Книга В таких (не) влюбляются?, страница 28 – Алиса Коршунова

Зашла к Косте вовремя, он как раз уже остался один.

Как только я подошла к мужчине, он отвлекся от документов, обратив на меня свой нечитаемый взгляд.

— Зачем пожаловала? — Костя без лишних расшаркиваний решил сразу брать быка за рога.

Взяв с него пример, не стала здороваться, а перешла сразу к делу.

— Хочу извиниться перед тобой.

— За что?

— За свои пренебрежительные слова в воскресенье.

Я постаралась улыбнуться, но напряжение было слишком сильно. Поставила перед ним в качестве извинений то, что приготовила на обед.

— Признаешь, что была не права? — на его лице расползалась предвкушающая улыбка.

Да, меня мучила совесть. Как бы я не была зла, мне не стоило переходить на личности. Это слишком низко!

— Нет, я признаю, что была слишком груба и бестактна, — поправила его я. — Ты не виноват в том, что случилось со мной в прошлом. И мне не стоило высказывать тебе все на эмоциях, не обдумав.

— А знаешь, ведь ты меня после вчерашнего даже заинтересовала. Я подумал, что в тебе какой-то огонек есть. А ты, Марин, опять стала правильной до тошноты. Аж бесит!

— Твои проблемы.

— Да нет! Все, что ты сказала мне вчера, было отчасти в тему. Если не считать…

Я не хотела, чтобы Костя продолжал наши дебаты, поэтому почти сразу перебила его:

— Попробуй сэндвичи. Специально для тебя готовила. В другом контейнере маффины к чаю.

— Зачем?

— Чтобы быть сытым, а не голодным.

— Ой, блин. Приготовила ты мне сегодня это все зачем?

— Потому что чувствовала себя виноватой.

— Нет, Марин, ты просто на подсознательном уровне понимаешь, что я прав. Вот и даешь заднюю, — я подумала, что выслушаю его без лишних комментариев. Дождусь, пока он поест, и с чистой совестью пойду работать. Но не там-то было! — Что бы ты там не думала, но знай, я твои извинения не принимаю. Ты меня очень сильно оскорбила.

— Что?

— У тебя со слухом проблемы?

— Что?!

— Тебе слуховой аппарат купить?

— Нет.

— Ну, наконец-то, хоть на что-то смогла ответить.

— Кость, о чем ты?

— Ты мне вчера сказала, что я умру в одиночестве, потому что палец о палец ради хороших близких отношений ничего не делаю. Было такое?

— Ну, Кость, я же изви…

— Было?!

— Да.

— Вот видишь. Ты взялась меня судить, хотя всей изнанки не знаешь. Так?

— Ну, так.

— А это значит что?

— Что? — как глупый попугай повторила за ним, не желая играть в угадайку.

— А это значит, что тебе, Марина, надо искупить свою вину передо мной.

— Ты охренел?! — я выпала в осадок от его видения ситуации!

— Я сейчас еще больше обижусь.

Чудненько, хотя… Костя — мужчина видный. Может, у нас с ним в будущем какие-то отношения наклюнутся. Может, друзьями останемся. Плохо разве?..

Окей, подыграю.

— Ладно, не обижайся. Что ты от меня хочешь?

— Вот так бы и сразу! Походишь со мной две-три недели в разные места. И, раз такая умная, посоветуешь, на кого же мне надо обратить внимание, и что мне надо поправить в моем поведении и отношении к окружающим.

— И ты исправишься? — с большим скепсисом и сомнением уточнила я.

— Как минимум, я тебя выслушаю. Скажу тебе по большому секрету: в моем окружении нет никого, с кем можно было бы сыграть в любовь, построить семейные отношения. Поэтому твоя точка зрения стопудово разобьется вдребезги. Но диалог — это же уже хоть что-то, не правда ли?