Книга Соломенные куклы, страница 116 – Софья Маркелова

— Никто не заслуживает смерти, – боязливо пикнула Жанна.

— Уроды моральные – заслуживают. Педофилы вонючие – заслуживают. Ворьё, у беззащитных стариков последние бабки вымогающее, – заслуживает. Мокрушники и насильники – заслуживают. Много кто заслуживает, кукла. И Баран с подсосами заслужил.

Жанна в этот раз не рискнула возражать, но с надеждой посмотрела на закрытую дверь. Незаметно сбежать у неё бы никак не вышло, а дать отпор бывшему зэку, коренастому и крепкому, ей бы не хватило сил. Эдик её взгляда не заметил: он курил, глядя в пол и почёсывая бритую макушку.

— Не поверишь, я ведь с Бараном всю свою жизнь знаком был. Росли в одном дворе, как облупленные друг друга знали. Когда шарагу кончили, вместе дело открыли, всё легально. Деньги делили поровну как братья…

— И-и что потом было?

— Много чего было. Столько лет батрачили вместе, дело выросло, доход нехилый попёр, рук стало не хватать. Он набрал каких-то приятелей старых, стал что-то с бумагами мутить… Я и не подозревал ничего, верил ведь ему. А потом Баран весь бизнес на себя переписал. Только я рот раскрыл, он меня подставил – бумажек подкинул липовых, заплатил кое-кому, и меня загребли. Ни оправдаться, ни доказать, ни-хре-на я не смог сделать, кукла.

Жанна хлопала глазами и внимала, точь-в-точь как послушная кукла.

— Когда я с зоны откинулся, то первым делом на него вышел. А он за годы разжирел на нашем деле, охренел вконец. Я ему говорю: «Баран, половину бабла за бизнес мне гони, и забуду всё». А он мне отвечает: «Ни черта ты не получишь, Мор. Я делиться больше не намерен. А ещё раз припрёшься ко мне – засажу тебя за решётку лет на десять».

Затянувшись в последний раз, Эдик щелчком отправил окурок в форточку и захлопнул её.

— Как был упрямым бараном, так и остался. В общем, отмудохал я его и дружков заодно. В лес отвёз, куда подальше. Пригрозил порешить и прикопать там же, тогда мне Баран и стал петь про книгу и деньги… Я думал, это тайник он так спрятал по-умному. Да только в книге одна эта лабуда про Библиотеку. Думал хоть в Торжок скатаю, раз он указан. Но, походу, денежки мои не там будут, дальше придётся искать… Ладно, хоть ты, кукла, со мной теперь пойдёшь. Если ты понимаешь, что там в книге этой написано, будешь тогда моей проводницей.

Эдик хохотнул, довольный случайным каламбуром, и облизнул пересохшие губы.

— И это… Давай метнись к титану, чифира мне сваргань, кукла. А то в горле пересохло от всей этой болтовни. Давай-давай! Кабанчиком метнулась, я сказал!

Жанна вылетела из купе со скоростью пули. Слушать откровения нераскаявшегося убийцы ей не понравилось, так что дважды просить её удалиться Эдику не пришлось. Она заметалась по коридору, судорожно думая, что ей следовало предпринять, кого позвать на помощь, как сбежать от Эдика, который, несомненно, легко мог бы от неё избавиться при желании.

Она нырнула в своё уютное купе, как в безопасную нору, но там её встретило отсутствие света и никуда не исчезнувшая надпись «ЗАБУДЬ» на стекле. А состав тем временем неумолимо замедлялся. Судя по расписанию, впереди была короткая техническая остановка, следующей станцией после которой значился город Торжок. Не раздумывая, Жанна застегнула пуховик, сунула в сумочку книгу Начала и выпрыгнула в тамбур. Едва поезд остановился на полутёмной станции, где должны были ссаживать железнодорожных рабочих, Жанна тенью выскользнула на низенький перрон, усыпанный снегом. Опасливо оглядываясь на свой вагон, она побежала вперёд, спотыкаясь о сугробы и сбивчиво дыша.