Книга Тайна мистера Сильвестра, страница 56 – Анна Кэтрин Грин

В это утро было много дел, и Бёртрем совсем забыл о швейцаре. Но ему напомнило о нем чье-то замечание: «Мистер Сильвестер сегодня опоздал», и, подняв глаза на часы от бумаг, которые он просматривал, он увидел, что прошел уже целый час после того времени, в которое обыкновенно приезжал его дядя. Именно в эту минуту он опять увидел огромные глаза Гопгуда, смотревшие на него из полуотворенной двери банка.

«Теряет терпение», — подумал он и почувствовал какое-то неопределенное беспокойство.

Прошло еще полчаса.

— Что могло так задержать мистера Сильвестера? — вскричал Гилок, кассир, торопливо подходя к Бёртрему. — Сегодня совет директоров и они уже собираются. Мистер Сильвестер не имеет привычки заставлять себя ждать.

— Право, я не знаю, — ответил Бёртрем, вспомнив с беспокойством, как внезапно его дядя уехал со вчерашнего бала.

— Не телеграфировать ли?

— Нет, к чему? Фольджер видел его на Бродвее утром.

— Он шел по улице с чемоданчиком в руке, — подтвердил Фольджер. — Он казался очень бледен и не заметил меня, когда я кланялся ему.

— В какое это было время? — спросил Бёртрем.

— Около двенадцати, я шел завтракать.

Около них кто-то закашлялся. Обернувшись, Бёртрем в пятый раз за день встретил глаза Гопгуда. Он вошел незаметно в маленькую дверь, отделявшую внутреннюю перегородку от наружной, и стоял возле разговаривавших, искоса глядя на несгораемый шкап позади них, на лица разговаривавших, и даже клерков, наклонившихся над работой. — Вы звонили, сэр? — спросил он, заметив недовольство на лице Бёртрема.

— Нет.

Швейцар почувствовал выговор, заключавшийся в этом коротком ответе, и тихо поплелся назад. Но Бёртрем остановил его.

— Что с вами сегодня, Гопгуд? Вы что-то знаете о моем дяде?

Швейцар вздрогнул и, по-видимому, испугался.

— Будьте осторожны, — шепнул он.

Потом, бросив проницательный взгляд на Гилока, входившего в эту минуту в комнату директоров, хотел ускользнуть в маленькую дверь, когда она отворилась и вошел Стьюйвесант.

Швейцар отшатнулся почти с ужасом, спрятавшись между этой дверью и дверцей шкапа, но тотчас опомнился и с ужасом посмотрел на спокойное лицо банкира. Стьюйвесант, погруженный в мысли, не заметил внимания, вызванного его появлением, и пошел за Гилоком в комнату директоров.

Швейцар тотчас выпрямился с облегчением и, взглянув на часы, торопливо исчез. Через минуту Бёртрем увидел его в окно; он стоял у двери и смотрел на улицу.

— Происходит что-то нехорошее, — пробормотал Бёртрем. — Он хотел было пойти к Стьюйвесанту и сообщить ему о своем беспокойстве; но вспомнил предостережение Гопгуда и взяв себя в руки, вошел в комнату директоров.

Все сидели вокруг длинного, покрытого зеленой скатертью стола, стоявшего посреди комнаты. Нетерпение было написано на всех лицах. Особенно Стьюйвесант все посматривал на тяжелые золотые часы, которые держал в руках, с нахмуренным лицом. Пустое место в конце стола неприятно бросилось в глаза Бёртрему.

— У моей жены сегодня гости, — сказал один директор своему соседу.

— А я должен быть в одном месте ровно в пять часов.

— Сильвестер не опаздывал никогда.

— Мы не можем ничего сделать без него.

Гилок был задумчив.

Бёртрем поспешил к шкапу, где обычно висела одежда дяди. Отворив шкап, он увидел фрак, бывший на Сильвестере накануне.