Онлайн книга «Ключи от бездны»
|
— Но деньги пообещали большие? Такие, что нельзя не согласиться? — Да… В общем, я согласилась. Привели меня в дом на окраине… — В тот дом на Краснознаменной, до которого тебя проследили? — уточнил Высик. Надо было показать Люське, что ему известно очень многое — гораздо больше, чем она способна вообразить. — В тот самый. И там, значит, этот мужик… Когда мне его показали, он спал. Весь усохший как спичка, без лица. — Имя? — Все его Петрусь называли. Я уж потом прознала, что полное его имя — Петр Иванович Клепиков. — Ясно… Давай дальше. — Вы так говорите, как будто знаете, кто он такой… — А чего тут не знать? Петрусь, он же Петр Клепиков, проходит по всем милицейским ориентировкам. Мол, если появится где, то обращать особое внимание. Вот уж никак не ожидал, что появится он в моем районе. И более того, что в моем районе загнется… Итак, спал он, когда ты пришла. И что случилось, когда он проснулся? — Заорал, — сообщила Люська. — Заорал он. — Очень интересно. И что он орал? — Вроде того, что «Ты!.. Откуда ты взялась?.. Но я же перед тобой не виноват…» И всякое другое… Совсем непонятное. Прощения просил, стал уверять, что он меня никогда не обидит, и никто меня никогда не обидит… Бред, наверное. Он не в себе был, точно. Хотя и тогда, когда в разум входил, требовал, чтобы я была рядом… — А что-нибудь еще из этого «бреда» можешь припомнить? — Я к этому и веду. Он много мне всякого твердил, про то, что мы все дотла сгорим, но я-то не сгорю, я заговоренная, и что, может, зря он в бега подался, но иначе он не мог, и теперь хоть умрет человеком, а не подопытной собакой Павлова… А иногда начинал рассказывать, каким был прежде, какие женщины его любили, какие он устраивал, по его словам, «попойки с фейерверками». Я, признаться, привязалась сколько-то к старикану, он хоть и чудила был, но, казалось мне, безвредный… И видения ему всякие открывались… — Видения? Слушай, а он не того… Не потреблял кокаин или еще какую-нибудь дурь? — Морфий ему кололи, это да, потому что он то и дело жаловался на боли. Но не сказать, чтобы так уж злоупотреблял. Да я сама ему уколы делала, и шприц кипятила, и все… — Морфий-то, получается, незаконным был? — Я не вникала. Правда, на одной из упаковок — в десять ампул — заметила, что она из больницы города Владимира. Еще удивилась, помню, но решила, мол, не мое дело… Высик сделал себе мысленную пометку, чтобы отписать во Владимир, пусть проверят, как у них обстоят дела с хранением лекарств. И отписал на следующий день, и забыл об этом… И как же, спустя полтора года, готов был кусать себе локти! В тот момент, можно сказать, судьба подкидывала ему ключик к другой стороне происходящего, и, уцепись он за этот ключик, не было бы потом нескольких жутких преступлений… Но он этот ключик упустил, оставил без внимания, — увлеченный другими перспективами. Что ж, все мы бываем крепки задним умом. — Все-то на свете не твое дело, — сказал он. — Кроме того, чтобы неприятности не нажить. Но именно так неприятности и наживают. В чем ты и убедилась благополучненько на собственной шкуре. Ладно, про это — отдельный разговор. Выкладывай дальше. — Видения, значит… Он про всякие странные вещи рассказывал, и кое-чего я понять не могла. Например, про то, как его перевозили из Японии в Казахстан, куда-то под Семипалатинск… |