Книга Дай себе шанс, страница 47 – Елена Мик

— Да, мам. Ну мы же сказали, что всё хорошо. Я ему перезвоню завтра. Сегодня забыл уже, — Олег пожал плечами, — Давайте спать, у меня глаза слипаются.

— Лесь, я так понимаю, что ты тоже маме не хочешь ничего говорить, да? — это уже ни в какие ворота не лезет, завтра буду разбираться с Вадимом, что вообще происходит, и почему мои дети ничего не хотят об этом рассказывать.

Пусть приедет к нам, и они поговорят.

— Мамочка, спокойной ночи. Я тебя люблю, — дочка поднялась, и, обняв меня, поцеловала в щёку.

— Спокойной ночи, приятных снов. Люблю вас, — поцеловала Олега и вышла из комнаты.

Я в замешательстве и очень зла. Просто не представляю, как вытянуть из детей их эмоции. Не хочу сильно давить, ведь так можно сделать ещё хуже, они легко могут закрыться ещё сильнее. Но при этом вижу, что что-то происходит, и это не просто, когда ребёнок скрывает двойку от родителей. Здесь их действительно что-то гложет.

**

Уже засыпая в кровати, почувствовала вибрацию телефона. Сначала не собиралась даже смотреть, так как писать мне по ночам давно некому..

Но вспомнив, что возможно «кто-то» всё же может это сделать, решила посмотреть.

22:30. Медведь-Козёл: Спокойной ночи!

22:31. Я: Спокойной ночи!

22:31. Медведь-козёл: Открой окно, малявка.

22.33. Я: Зачем?

22.33. Медведь-козёл: Я тебе поцелуй отправил, поймаешь?

Вот что ему ответить на это? Может он напился, поэтому и пишет мне? А завтра вообще ничего не вспомнит.

Надоело пытаться понять этого мужчину, у меня сейчас есть дела намного важнее, чем думать о красивом блондине.

**

Проснулась утром совсем разбитая. Сны были тревожные, и все они крутились вокруг детей. До их подъёма как раз оставалось время, поэтому душ меня хоть немного вернул в тонус. И за завтраком я очень старалась делать из себя «счастливую, весёлую маму», хотя очень хотелось просто залезь под одеяло, и чтобы меня никто не трогал.

Позавтракав, отвезла детей в школу, спрашивать у них ничего уже смысла не видела, вечером поговорим вместе с Вадимом. Хотя сначала я поговорю с ним, а потом уже будем решать, что делать дальше. Всё-таки две недели у детей мысли не там где надо и это уже проблема.

— Доброе утро! — вздрогнула от неожиданности. Саша стоял и ждал лифт, к которому я как раз подошла. Уф, даже не заметила парня, народу утром здесь много. — Как у тебя дела? Ещё утро, а выглядишь уже уставшей. Узнала, что случилось у детей? — Саша взял меня под локоть и немного отвёл в сторону от толпы. В здании было два лифта, но ни в один мы сейчас, при всём желании, не вместились бы. Поэтому подождём, пока поедет следующая «партия».

— Доброе — не доброе. Ничего не хотят говорить, но сегодня заедет бывший муж и мы с ним обсудим этот момент, — не то чтобы я Саше рассказывала о своей личной жизни, но в минуты завала на работе (когда моего непосредственного начальника не было), Саша всегда приходил на помощь и, как мог, подбадривал. Вот я и рассказала немного о своих переживаниях за детей.

— Оо, понятно. Надеюсь, всё решится, — парень ободряюще улыбнулся и приобнял меня за плечи.

Странно, но я ни разу не слышала и не чувствовала от Саши никаких намёков на симпатию как к девушке. Все его действия и слова казались просто дружеской поддержкой, хотя какая дружба может быть у двадцатипятилетнего парня и тридцатилетней девушки, которые знакомы две недели?