Книга Развод. Статус: Свободна, страница 67 – Альма Смит

Отель, выбранный Артемом, оказался не помпезной «пятеркой», а стильным бутик-отелом в центре, с видом на Кремль. Пока мы расставляли чемоданы, в дверь постучали. На пороге стоял Артем с огромным букетом белых лилий и бутылкой шампанского.

— Комплименты от студии «Фокус» лучшему директору по развитию и креативу, — церемонно поклонился он. — Заселяйтесь, осваивайтесь. Завтра в шесть — сбор в лобби. Черное платье, бриллианты и вся эта мишура. Сегодня — ваше. Везите детей на ВДНХ, гуляйте. А я пойду нервничать в одиночестве.

Мы посмеялись, но в его глазах читалась такая же смесь восторга и паники, как и у меня. Мы оба были новичками в этом мире больших наград.

Весь день мы гуляли по зимней, украшенной к Новому году Москве. Катались на ГУМе, ели мороженое на Красной площади, щурились от блеска елочных игрушек. Никита взял на себя роль гида, рассказывая мальчишкам истории о зданиях. Его дочки, две румяные от мороза девчонки, висели на нем с двух сторон, наперебой задавая вопросы. Я шла чуть сзади, наблюдала за этой картиной и ловила себя на мысли: я счастлива. Просто, безоговорочно. И это счастье было не острым, как в начале любви, а глубоким, теплым, как чашка какао в морозный день.

Вечером, уложив детей (комнату мы сняли смежную), мы с Никитой вышли на балкон. Город горел внизу миллионами огней.

— Нервничаешь завтра? — спросил он.

— Странно, но нет. Я сделала все, что могла. Если награда — здорово. Если нет — у нас уже есть главное. Все это, — я обвела рукой горизонт, включая дверь в комнату с детьми.

— Мудро. И абсолютно верно.

Он обнял меня за плечи, и мы молча простояли так, пока мороз не начал пробирать до костей.

Утро церемонии прошло в суматохе. Я надела то самое черное платье — простое, строгое, с открытыми плечами. Вместо бриллиантов — скромные серебряные серьги-гвоздики, подарок Никиты на прошлый день рождения. Волосы, уже отросшие до плеч, уложила в гладкий низкий пучок. Смотрела в зеркало и видела не девчонку, пытающуюся казаться взрослее, и не изможденную женщину с суда. Видела себя. Такой, какая есть.

Артем, в идеальном смокинге, свистел, увидев меня.

— Богиня. Готовь речь, все-таки.

— Какая речь?

— Ту, что ты, если что, выиграешь. У меня с собой два варианта. Короткий «спасибо» и чуть подлиннее «спасибо, мы рады». Выбирай.

Мы поехали. Зал церемонии оказался огромным, темным, пронизанным лучами софитов и гулом сотен голосов. Нас провели в первый ряд — почетные гости шорт-листа. Я села, сжав руки на коленях, чтобы они не дрожали. Рядом устроились Никита и Артем. Детей с девочками Никиты мы оставили в отеле с доверенной няней — слишком долго и скучно для них.

Церемония тянулась. Награждали сайты, приложения, корпоративные стили. Наконец, ведущий объявил номинацию «Лучший ребрендинг года». На экране позади него поплыли знакомые картинки — логотипы, цветовые палитры, примеры оформления детских садов. Наш проект.

— И победителем становится… — пауза, театральная, вечная. — Студия «Фокус»! Проект «Солнышко» — новая идентичность для сети детских центров!

Зазвучали аплодисменты. Артем вскочил, потянул меня за руку. Ноги стали ватными. Мы поднялись на сцену. Ослепительный свет софитов, лица в зале превратились в темные пятна. Ведущая, элегантная женщина, вручила нам статуэтку — абстрактную золотую букву V.