Книга Точка невозврата, страница 29 – Альма Смит

— Он не незнакомый, — мягко сказала Анна.

— Мы вместе учимся уже три месяца. Он архитектор. Вежливый, умный человек. И мы гуляем, потому что нам интересно общаться. Как друзья.

— Друзья, — снова усмехнулся Андрей, но уже беззлобно.

— Ладно. Просто… будь осторожна, ладно? Ты же знаешь, все они… — он замолчал, поняв, что заходит слишком далеко.

— Все они — кто? — тихо спросила Анна.

— Да ничего, — он махнул рукой и снова уткнулся в пиццу.

Маша перехватила эстафету, её глаза горели любопытством.

— А он симпатичный? А сколько ему лет? Он тоже разведён? А вы будете с ним встречаться?

Вопросы сыпались как из рога изобилия. Анна смотрела на своих детей и понимала, что её новая жизнь, её личное пространство внезапно стало предметом семейного обсуждения. Стены её крепости оказались прозрачными.

— Подождите, — подняла она руку.

— Давайте по порядку. Во-первых, моя личная жизнь — это моё личное дело. Я взрослый человек и вправе сама решать, с кем мне гулять и о чём говорить.

Они оба умолкли, немного притихшие.

— Во-вторых, Алексей — мой друг. Пока. И мне с ним интересно. Он не похож на… на других. Он не пытается мне что-то доказать или произвести впечатление. Он просто… есть.

— А папа знает? — снова встрял Андрей.

— Нет. И не должен знать. Это не имеет к нему никакого отношения, — твёрдо сказала Анна.

— То, что между нами произошло, осталось между нами. Это не значит, что я должна до конца жизни отчитываться перед ним или перед вами о каждом своём шаге.

Она посмотрела на их серьёзные лица и почувствовала прилив нежности и усталости.

— Я понимаю, что вам странно. Что всё меняется. Мне тоже странно. Но я не собираюсь сидеть сложа руки и ждать, пока жизнь закончится. Я имею право на друзей. На новые интересы. Даже на ошибки, если они будут.

Маша потянулась через стол и положила свою руку на её руку.

— Мам, мы просто волнуемся. Мы не хотим, чтобы тебе снова было больно.

Анна улыбнулась, чувствуя, как комок подкатывает к горлу.

— Я знаю, рыбка. И я ценю вашу заботу. Но боль — это часть жизни. От неё нельзя спрятаться. Можно только стать сильнее. И я становлюсь. Обещаю.

Андрей тяжко вздохнул.

— Ладно. Только… если что, ты знаешь, где я. Я всегда на твоей стороне.

— Я знаю, сынок. Спасибо.

Они доели ужин в более спокойной атмосфере. Потом Маша стала расспрашивать об испанском, а Андрей — о том, как идут дела с проектом «Восток-Сервис».

Призрак Алексея постепенно отступил, растворившись в семейной рутине.

Когда дети разошлись по своим комнатам, Анна осталась одна на кухне. Она мыла посуду и смотрела на ночной город за окном. Она понимала, что это только начало.

Дети будут ревновать, беспокоиться, оценивать каждого нового человека в её жизни. И ей придётся учиться выстраивать границы — не между собой и миром, а между своей новой жизнью и своей ролью матери.

Она взяла телефон. На экране светилось сообщение от Алексея, отправленное час назад:

«Отличная была сегодня прогулка. Спасибо за компанию. До среды:)»

Она улыбнулась и напечатала в ответ:

«И тебе спасибо. До среды».

Она не стала добавлять ничего лишнего. Ни объяснений, ни оправданий. Просто констатация факта. Она была ему рада. И это было главным.

Призраки прошлого всё ещё бродили вокруг её стола, шептались за её спиной. Но они больше не управляли её жизнью. Они были просто тихими тенями, а она была живым человеком. Который учился, гулял по паркам и имел право на свою тайну. На своё маленькое «до среды».