Книга Неравный брак, страница 24 – Альма Смит

Она быстро надела одно из темных платьев, тщательно повязала платок, скрывавший волосы. В зеркале на нее смотрело бледное, осунувшееся лицо с огромными испуганными глазами.

«Улыбнись», — приказала она своему отражению. Уголки губ дрогнули, выдав жалкую пародию на радость. Она сдалась. Лучше уж выглядеть забитой и покорной, чем силиться изображать счастье, которого не было.

Кухня встретила ее гробовой тишиной. Амина, перепуганная, помешивала что-то в котле. Залина сидела за столом, вцепившись в пиалу с чаем, будто пытаясь согреть окоченевшие пальцы. Ее взгляд, острый и ядовитый, впился в Веронику, едва та переступила порог.

— Наконец-то соизволила, — прошипела она.

— Хозяйка дома. Уже заждались твоих распоряжений.

Вероника промолчала, как и договорилась сама с собой. Делать вид. Ради выживания. Она подошла к печи, где стоял готовый самовар. Руки дрожали, когда она брала фаянсовую пиалу с традиным орнаментом. Ложка звякнула о борт. Она чувствовала на спине ненавидящий взгляд Залины.

— Разреши, я… — начала Амина, но Вероника качнула головой.

— Нет. Я сама.

Это было частью ритуала. Жена должна лично подать чай мужу перед дальней дорогой. Показать свою заботу. Свой статус. Свой позор, как мысленно добавила Вероника.

Шаги послышались во дворе. Тяжелые, уверенные. Артем вошел в дом, сопровождаемый Русланом. Он был в дорожной черкеске, лицо свежевыбритое, но непроницаемое. Его взгляд скользнул по Веронике, стоящей у печи с пиалой в руках, потом перешел на Залину.

— Все готово? — спросил он Руслана, словно не замечая напряженной атмосферы.

— Лошади ждут, Артем Исмаилович.

Артем кивнул и, наконец, повернулся к Веронике. В его глазах не было ни тепла, ни одобрения. Был лишь холодный, оценивающий интерес. Сыграет ли свою роль?

Вероника сделала шаг вперед. Ноги были ватными. Она подняла пиалу, стараясь не расплескать горячий чай. Глаза ее были уперты в пряжку его ремня.

— Артем… — голос сорвался на шепот. Она сглотнула.

— Чай. С дорогой.

Она не посмотрела на него. Не улыбнулась. Но сделала то, что должна была. Поднесла чай. Произнесла положенные слова. Выдержала паузу.

Он взял пиалу. Его пальцы ненадолго коснулись ее рук. Прикосновение было быстрым, нейтральным, но от него по коже побежали мурашки.

— Спасибо, — произнес он громко, чтобы слышали все в комнате. Его голос прозвучал нормально, почти естественно. Он отпил глоток и вернул пиалу.

— До вечера.

Он кивнул Руслану и, не оглядываясь, вышел. Дверь закрылась. Миссия была выполнена.

Вероника стояла с пустой пиалой в руках, чувствуя, как по щекам разливается жар. Это было невыносимо унизительно. И в то же время — она это сделала. Пережила первый публичный экзамен.

— Ну что, довольна? — раздался ледяной голос Залины.

— Сыграла свою роль прилежной собачки? Думаешь, этого достаточно?

Вероника не ответила. Она поставила пиалу в раковину и, не глядя ни на кого, вышла из кухни. Сзади донесся ядовитый смешок.

— Видишь, Руслан? Выдрессировал. Теперь будет молчать и слушаться. Как и положено.

Вероника не пошла в свою комнату. Ей нужно было воздуха. Пространства. Она вышла в маленький внутренний дворик, куда выходило окно ее бывшей каменной кельи.

Здесь было тихо и пусто. Она прислонилась к прохладной стене, закрыла глаза и пыталась отдышаться.