Книга Месть обманутой жены, страница 46 – Юлия Василевская

Дальше всё как в тумане. Приезжает полиция, берёт показания, о чём-то спрашивает. Я что-то отвечаю, но даже не слышу себя. Никогда ещё я не был таким униженным, со мной обращаются как с дерьмом, и даже то, что я юрист, не меняет дела. Я знаю, что моя судьба зависит сейчас от этой незнакомки. Если она напишет заявление, то я пропал!

Наконец, с меня берут подписку, и я выхожу на улицу. Я растерян, полностью оглушен. В голове крутятся мысли, как вихрь. Только один человек может меня сейчас поддержать и понять. Я набираю номер:

— Мам, я в беде, я сейчас приеду, — говорю я, голос дрожит от отчаяния.

Пока жду ответа, ощущаю, как холод пробирает до костей. Мой мир рушится, и я не знаю, как его восстановить.

— Мам, а когда мы к папе поедем? — спрашивает дочка. — Я в садик хочу.

Сердце сжимается от вопросов моей малышки. Какой бы ни был Стас поганец, Милана всё равно по нему скучает.

— Милаш, — я присаживаюсь на корточки возле доченьки, — ты теперь пойдёшь в новый садик. А папа будет жить отдельно.

— А бабушка? — спрашивает Милана.

— И бабушка отдельно.

— А ты? — вижу тревогу на её милом личике.

— Я всегда-всегда с тобой буду, — улыбаюсь я.

Милана веселеет и бежит донимать Даньку, как самого младшего из нас, взрослых. Боюсь, брат Эли скоро перестанет к нам приходить, потому что Милана выбрала его моделью для своих смелых идей по макияжу, прическам и маникюру. Но пока парень мужественно терпит, потому что мы с Элей, благодарные за помощь, усиленно кормим его вкусняшками.

— Думаешь, не рано ей говорить? — замечает подруга.

Мы сидим на её любимой кухне и пьём свой любимый чай с мятой.

— А когда? Когда вырастет, что ли? — возражаю я. — Я не сторонник врать детям. Никак не могу сказать дочери, что вот, мол, твой папа уехал на север, потому что он полярник.

— Ну да, — соглашается Эля, — но она, похоже, не очень и расстроилась…

— Она мало проводила времени со Стасом и свекровью, со мной больше. Вот по садику и друзьям она действительно скучает.

— Ну ничего, скоро всё успокоится, вернётесь в свой садик. Квартиру ты будешь отсуживать?

— Конечно, всё, что причитается мне, я заберу, и половину квартиры тоже, — киваю я. — Только жить там не смогу, всё будет напоминать о моем неудачном браке.

— А компанию? Продашь?

— Нет, сама управлять буду, — решительно говорю я. — Думаю, справлюсь. Найму грамотных людей, помогут.

— Ты так и не рассказала, как тебе удалось заставить старика на тебя её переписать?

Я возвращаюсь мыслями к тому дню, когда договорилась встретиться со свёкром.

“— Здравствуйте, Сергей Геннадьевич, — говорю я, заходя в полутёмное помещение кафе.

— Здравствуй, Маша…

Он тянется, чтобы поцеловать меня в щёку, но я отшатываюсь.

— Думаю, вы знаете, зачем я здесь? — спрашиваю я.

Свёкор задумчиво смотрит на меня, словно взвешивает что-то.

— Догадываюсь, — говорит он, тяжело вздыхая.

Я смотрю на него, вспоминаю, как он радовался рождению Миланы, как хорошо ко мне относился, гораздо лучше, чем свекровь. Как он после смерти отца с грустным видом сообщил мне о том, что я нищая.

— Я должен извиниться. Прости меня, — он поднимает на меня взгляд, — но я знаю, ты не простишь. Да я и сам бы не простил.

— Зачем тогда вы… — сглатываю ком в горле, ужасно хочется плакать.