Книга Развод. Исцеление любовью, страница 7 – Юлия Василевская

Лиза

— Так, Кузнецова, реветь надумала?! — грозный окрик выдергивает меня из печальных мыслей.

— Почему бы и не пореветь?! Нога болит и голова! — огрызаюсь, вытирая слезы.

— Не ври! — Арсений усаживается напротив, закидывает ногу на ногу, такой холеный, ухоженный, вальяжный и бесячий, — тебе обезбол ставили час назад, ничего у тебя не болит. Из-за мужа ревешь? Стыдно за него?

— Тебе какое дело?! — говорю я, забыв про субординацию, если он ко мне на “ты” то и я церемониться не буду.

— А такое, — он подается вперед, — у меня процент вставших на ноги девяносто девять и девять, а ты в таком настроении не сможешь нормально лечиться и испортишь мне статистику!

— Ну извините! — взрываюсь я, — что порчу божеству статистику! Я не виновата в том что я человек, у меня есть чувства. Мне бывает обидно и грустно, и скучно здесь одной валяться! Мне хочется домой к сыну! Мне хочется тепла и любви, а мой муж вместо этого переживает что он жрать будет и ведет себя как дебил, позорит меня на все отделение! Я нуждаюсь в поддержке, а у меня никого нет, кто бы меня поддержал! И я имею право плакать и буду плакать, и ты не можешь мне этого запретить!

Я прикусываю язык, сообразив, что слишком много выложила Арсению. Зачем? Сама не знаю, накипело.

— Ну, Кузнецова, ты и размазня, — усмехается Воронцов, у меня аж челюсть отваливается от такого хамства, — подумаешь муж — идиот, у Михайловой вон муж алкаш, регулярно фингалы ей ставит, но она не рыдает на все отделение. Живет, радуется, что хоть такой есть. Он же не пьет у тебя? Не пьет! Не бьет? Нет! Вот и радуйся. А то что поддерживать не желает, так ты сама виновата, нечего было в аварию попадать! Эгоист? Думает только о себе? Ну ничего, переживешь как нибудь, не сахарная. Заслужила значит такого, который как баба визжит, сумку жены ищет! Развела здесь… плач Ярославны. Бедная она несчастная, скучно ей, лечение ей не нужно! Вот не буду тобой заниматься, оставайся инвалидом! Не люблю сопливых.

— Ах ты, хам! — возмущенно кричу я и пытаюсь дотянуться до стакана на тумбочке, но Арсений предусмотрительно отодвигает его подальше и мне остается только скрипеть зубами от злости.

Конечно, что ждать от говнюка, который меня терпеть не может? Мог и промолчать тактично, но нет! Высмеять надо, носом ткнуть! Ну Андрей, подставил меня. Воронцов мне это теперь до конца жизни вспоминать будет!

— Я требую другого доктора! — кричу я, — ты изверг и быдло!

— Ну и требуй на здоровье, — Воронцов открыто смеется мне в лицо, — что ты можешь требовать? Лежишь здесь как овощ и еще год пролежишь, такими темпами, а муженек твой пальцем не шевельнет, не поможет. Ему главное, чтобы тебе больничный платили. Только… будет ли клиника на работе держать инвалида?

— Ну, скотина, ну подожди, встану я… — грожу кулаком зарвавшемуся докторишке.

— Не встанешь, силы воли не хватит, — уверенно говорит он.

— Встану! — упрямо говорю я, — и тогда тебе мало не покажется! Я… я жаловаться буду!

— На что?! Лечение ты получаешь в полном объеме, операция выполнена безукоризненно, ну а то что врач тебя по головке не гладит, да сопли не вытирает… Так я и не обязан! И вообще, ты из-за своего мужа неадекватно воспринимаешь действительность, это все подтвердят.

— Ты… ты… — у меня слов не находится, чтобы высказать все, что я думаю о Воронцове.