Книга Развод: Я и мое счастье, страница 22 – Евгения Кец

— Как тебя зовут? — выдыхаю после короткой паузы.

В голубых глазах загорается огонёк, а на губах рождается мягкая улыбка:

— Кирилл...

№ 6.1

В груди почему-то моментально теплеет. Кирилл — красивое имя. Но этого мало, чтобы довериться человеку.

— И чем же ты занимаешься, Кирилл? — прикусываю нижнюю губу и внимательно смотрю в задорный мужской взгляд.

— У меня своя фирма в центре. Или тебя интересует, чем я по жизни занимаюсь, а не моя работа?

— Расскажи о себе...

— Только если услышу рассказ о кареглазой принцессе, что повстречалась мне сегодня, — мягко проводит большим пальцем по моим губам.

Да уж, кареглазая принцесса. Боюсь, эта сказка начнётся с того, что на самом деле я — не принцесса, не кареглазая и вовсе не брюнетка с чёлочкой. Я лишь разбитая кукла в поисках работы и себя.

— И что же ты хочешь знать?

Кирилл нежно берет меня за руку и возвращает в спальню. Приглашает занять единственное кресло в номере и подаёт бокал вина.

— Что ты делала в «Винограде»? — наливает себе виски и садится на кровать, расстёгивая ещё одну пуговицу на своей рубашке.

Замечаю цепочку на груди Кирилла и чувствую, как внутри что-то переворачивается. Почему-то безумно захотелось посмотреть, что же там ниже. Отгоняю пошлые мыслишки и делаю несколько глотков своего напитка:

— У меня сегодня праздник.

— День рождения? — прищуривается.

— Развод, — заливаюсь громким смехом.

— Вот как, — Кирилл цедит напиток и окидывает меня внимательным взглядом. — Что не поделили?

— Всё. Я не люблю, когда в моей постели есть лишние. Да и быть женой в угоду родителям та ещё задачка, — цокаю. — Особенно когда не знаешь об этом. И теперь я свободна, и вольна делать что пожелаю.

— У тебя уже есть список желаний?

— Возможно, — ухмыляюсь. — Хочешь знать, входишь ли в него ты?

Кажется, вино не слабо ударило мне в голову. Чувство такое, будто я парю, мне легко и тепло. А в приятной компании время летит незаметно. Сколько проходит часов в пустых и личных разговорах? Я столько, кажется, даже с Алесей никогда не болтала.

В какой-то момент заказываем ещё вина, да и бутылка виски у Кирилла опустела наполовину. А я перемещаюсь на кровать.

Падаю на подушку и, положив подбородок на кулак, внимательно смотрю на мужчину:

— Расскажи ещё что-нибудь о себе. Тайну, маленький секрет, — лукаво улыбаюсь. — Обещаю, я никому, — прикладываю палец к губам.

— Даже не знаю, — ложится лицом ко мне, — у меня нет особых секретов. Разве что... — замолкает, рассматривая меня.

Покусываю губы и приподнимаю бровь, безмолвно давая понять, что хочу узнать что-то очень личное. Только сама не понимаю, зачем мне это. Ведь мы больше никогда не увидимся...

— Ладно. Это не тайна, но мало кто знает. Я вырос в детском доме далеко за Уралом.

— Нехилый детский дом, — округляю глаза. — Образование у вас там, похоже, было на уровне. Не знаю ни одного выходца из детского дома в такой дорогой рубашке.

— Не жалуюсь. Но универ я здесь заканчивал. А ты?

— Здесь родилась и выросла, училась тоже здесь, — тянусь к вину, что стоит на тумбочке за спиной Кирилла.

— И кто же ты? — ухмыляется, перехватывая меня за бёдра.

— Управляющий, директор, — пространно размышляю, — да хрен его знает. Я в поиске. Бизнес и управление — хорошее направление, теперь надо только сферу, — понижаю голос, рассматривая ухмылку своего собеседника, — выбрать, — заканчиваю шёпотом. — Почему ты так на меня смотришь?