Книга Развод: Я и мое счастье, страница 124 – Евгения Кец

— Отец. Я была против, но он без меня получал свидетельство о рождении, так что вот, — она указывает на зелёную книжечку маленького размера, видимо, и есть свидетельство о рождении. — Поиски не давали результатов. А около трёх лет назад я смотрела фильм и там было что-то похожее. Женщина купила фальшивые документы, а имя ребёнку дала то, которое хотела она, а не муж.

— Что-то я не пойму, — устало говорит Кир. — Поближе к делу.

— Я хотела назвать тебя Кирилл или Андрей. А так как Серёжа был связан с какими-то бандами... короче, я подумала, что он мог поменять ваши имена. Я стала искать по другим именам и приметам. Нашла заметку, что на трассе нашли малыша двух лет. И там было написано, что ребёнка зовут Демьянов Кирилл Андреевич, приметы совпадали с твоими. Я помчалась туда, но сам понимаешь, тебе уже за тридцать было.

— И что дальше? Ты пошла искать всех Демьяновых Кириллов?

— Андреевичей, — поправляет Арина. — Да, именно так я и сделала. Даже научилась пользоваться социальными сетями, выискивала и проверяла каждого. Год назад, чуть больше, умерла моя мать и там были проблемы с документами, мне посоветовали твою фирму. Я решила убить двух зайцев.

— Да, я помню, ты смотрела на меня так, будто я восстал из могилы.

— Думаю, это понятно. Ты копия своего отца, от кончиков волос до телосложения и даже повадок, жестов.

— И тогда ты решила устроиться сюда, чтобы что?

— Чтобы убедиться. Я хотела сделать анализ, но не решалась.

— И снова, что изменилось?

— Когда Оля, три недели назад, выбежала из твоей спальни я увидела твоё родимое пятно.

Кир округлят глаза и смотрит на меня:

— Напомни мне надевать трусы в присутствии матери, я уже не в том возрасте, когда голышом бегают перед родителями.

— Угу, — киваю, находясь в полнейшем шоке, передо мной разворачивается целый сериал.

— А цепочку ты почти не снимаешь, — Арина указывает на шею Кирилла, — но я смогла её рассмотреть. Там выбита монограмма — это подарок моего отца мне на восемнадцатилетие. Ну и я, наконец, решилась сделать анализ.

— Понял, а с Олей-то вы что не поделили?

— Когда заметила твой к ней интерес, да и не дура я, прекрасно понимаю, почему Оля задерживалась в доме допоздна. Я обшарила её вещи и нашла парик, линзы, анализы. Потребовала сегодня утром объяснений, но ты нас прервал. А вечером я не выдержала. Я не хочу, чтобы тебя обманывали. Ты и так слишком многое пережил.

— Верно замечено. Многое пережил. Будем считать, что я поверил. Прости, что не кидаюсь на шею и не плачу, мне это не свойственно. Если ты и правда моя мать, то попрошу впредь больше не бросаться безосновательными обвинениями. Хорошо?

— Да, — кивает Арина.

— А теперь к тебе, моя милая Оленька, — Кир переводит взгляд на меня. — Или лучше называть тебя Зара?

№ 29.2

Дыхание сводит как тогда, от нашатыря. Смотрю на Кирилла огромными глазами, но сказать ничего не решаюсь.

— Похоже, эту историю рассказывать мне, — слегка улыбается Кирилл. — Объяснишь, почему ты представилась другим именем?

Поперхнувшись, отвечаю на вопрос:

— Я впервые была в такой ситуации, мне хотелось быть раскрепощённой и желанной, но Оля, которую вытурили из дома и опозорили, лежала и плакала на диване у сестры, — тру пальцы под столом. — А вот Зара могла быть смелой, дерзкой и сексуальной. На тот момент мне это показалось хорошей идеей. Я не думала, что пересплю с тобой.