Книга Заставь меня согрешить, страница 28 – Джей Ти Джессинжер

Я закрываю один глаз, потому что комната начинает слегка кружиться.

— У меня много талантов, мистер Эдвардс, но с математикой дела обстоят не очень. — Еще одна икота. — В этом вопросе мне придется поверить вам на слово.

— Пойдем, Принцесса. — Не дожидаясь ответа, Эй Джей наполовину тащит, наполовину несет меня к двери.

— Куда мы идем? — испуганно спрашиваю я. То, что он говорит дальше, пугает меня еще больше.

— Домой. Тебе нужно лечь спать.

Хлоя

Машина Эй Джея совсем не такая, как я ожидала.

Потому что это не машина. Это мотоцикл. Он сообщает мне, что у него нет машины.

Пункт четыре тысячи семьсот восемьдесят два в списке того, что есть у нормальных людей и чего нет у Эй Джея Эдвардса.

— Я не могу на этом ехать! — Я смотрю на огромный черный «Харлей», припаркованный на заднем дворе. Он сверкает хромом и выглядит угрожающе. В мерцающем свете флуоресцентных ламп на парковке мотоцикл словно ухмыляется мне.

По крайней мере, есть что-то положительное: дождь прекратился.

— Конечно, можешь. — Эй Джей открывает одну из кожаных сумок, прикрепленных к задней части мотоцикла, достает шлем, который не полностью закрывает лицо, и протягивает его мне. — Надень это.

Затем садится на мотоцикл и заводит его резким движением ноги. Мотоцикл оживает, выпуская клубы дыма. Я кашляю и машу рукой перед лицом.

— Я умру на этой штуке! — кричу я, перекрикивая шум. — Забудь! Я вызову такси!

Он стягивает капюшон с головы, высвобождает волосы из резинки, которая удерживала их в небрежном пучке на затылке, и надевает шлем, не сводя с меня спокойного взгляда.

— Хлоя, садись на мой мотоцикл.

То, как мое тело реагирует на эту команду, просто нелепо. Гормоны, о существовании которых я даже не подозревала, начинают радостно бурлить в моих венах, разбрасывая конфетти и трубя в фанфары. Я сильно прикусываю губу и смотрю на него.

Это опасная территория. Эй Джей — опасная территория. Мне следовало бы знать. У меня есть здравый смысл. У меня есть парень. У меня глубоко укоренилось чувство преданности этому парню, даже когда мы ссоримся.

А Эй Джей питает глубокую привязанность к дамам полусвета.

Он снова произносит мое имя, на этот раз мягче. Его взгляд ласкает меня. Под его теплым золотистым сиянием я таю.

— Хорошо. Но если ты убьешь меня на этой штуке, тебе придется объяснять моим родителям, что произошло. Удачи тебе в этом. Мой отец, скорее всего, выпотрошит тебя.

— Она не штука. — Защищая честь своего мотоцикла, Эй Джей игнорирует угрозу целостности своего организма. Возможно, он испытывает не такую сильную привязанность к свои внутренностям, как большинство людей.

Без всякой элегантности я забираюсь на мотоцикл сзади и хватаюсь за плечи Эй Джея, чтобы не упасть. Они кажутся мне валунами под моими руками.

— Это кастомный V-Rod с титановым шасси и максимальной скоростью четыреста километров в час.

Похоже, алкоголь повлиял на мой избирательный слух, потому что я пропустила мимо ушей последнюю фразу, как будто ее и не было. Не зря говорят, что неведение — благо.

— Почему мотоцикл — это она? — спрашиваю я. — Разве они все не мужского пола, если все такие мужественные и опасные?

— Шлем.

Я надеваю шлем, повозившись с подбородочным ремнем. Когда я заканчиваю и Эй Джей, кажется, остается доволен моей работой, он спрашивает: — Ты когда-нибудь смотрела Жака-Ив Кусто?