Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 87 – Дана Дейл

Так вот оно что... Я и правда перед уходом звонила Крис и рассказывала ей о своём предстоящем вечере.

— И поэтому ты сразу же решила поставить в курс дела Игорька?

— А что, не успела раздвинуть ноги? Если Игорь не может тебя усмирить, я за тебя возьмусь.

Злость захлёстывает меня, как волна. Она не просто накрывает, она душит. Как? Как может собственная мать смотреть на меня так, будто я ей чужая? Как может быть в ней столько равнодушия, столько холодной, выверенной жестокости? Я стою перед ней, сжав кулаки, с комом в горле, а она даже не моргает. Ни капли тревоги. Ни намёка на сочувствие. Только этот мерзкий брезгливый взгляд, как нож под рёбра. Мне кажется, если бы Игорь действительно ударил меня, она бы не только не остановила его, она бы подошла и добила. Словом. Презрением. Ногой. Я вижу всё в её глазах. Там нет боли за меня. Нет страха. Нет любви. Только отвращение. Только немой упрёк, мол, «Ты, слабая. Ты, позор. Ты, не моя.» И это больнее всего. Потому что я всё ещё, как дура, ищу в её лице хоть что-то человеческое. Хоть тень той женщины, которую я называю мамой. Но её нет. Там пусто. Там лёд. Там ненависть. И в этот момент я понимаю, я одна. По-настоящему.

— Кто этот парень?!

— Извини, но это вообще не твоё...

Мама резко и грубо хватает меня за запястья, приближаясь к моему лицу, нагло перебивает, а затем продолжает свой монолог.

— Слушай меня и не перебивай! Игорь, замечательный парень, обеспеченный, заботливый, внимательный, любящий тебя мужчина!

Перечисляя качества Игоря, мама загибала свои изящные пальцы.

— Именно за таких и нужно выходить замуж! И ты выйдешь! Поняла?!

Я совершенно её не слушала. Я стояла в холле, отрешённо уставившись на огромную хрустальную люстру, висящую под потолком, как будто она могла дать мне ответы. Свет в ней дрожал, отражаясь в стекле, а я слышала только одно, своё сердце. Глухо, отчаянно, оно будто кричало в пустоту. Кричало о том, что в меня проникает кто-то другой. Не Игорь, не этот выгодный, обеспеченный, правильный выбор. А совсем другой. Простой. Живой. Настоящий. Он не обещал мне золотых гор. Не строил иллюзий. Но именно его образ всё чаще всплывал в голове. Его голос, его прикосновения, его взгляд. И чем громче звучал голос матери, тем отчётливее я понимала, я уже не там, где она хочет меня видеть. Я уже не с Игорем. Я, где-то между страхом и свободой. И этот «простой парень», становится моей тишиной в её шуме.

— Ты любишь Игоря, вспомни как ты постоянно не могла дождаться его приезда со сборов! Вспомни как вы ночевали у нас и на весь дом были слышны ваши разговоры о совместном будущем.

Обнимаю руками подрагивающие плечи, стараясь сдерживать себя чтобы не заплакать, ведь глаза уже болезненно щипали от наворачивающихся слёз.

— Что изменилось сейчас?

— Поняла что я не хочу сидеть в золотой клетке... И вообще… Может я влюбилась в другого человека.

Смотрю на неё и ничего не вижу в её глазах. Ледяная глыба льда, от чего сразу спина покрывается холодным потом.

— Ты любишь Игоря, а это у тебя так, пройдёт.

— А если не пройдёт?

Понижаю голос и опускаю глаза. Не пройдёт... Герман сам того не зная, уже давно пленил все мои мысли. Я влюблялась лишь с каждой секундой в него больше... Сейчас маму не интересовало моё мнение и счастье, её лишь пекла собственная выгода, и я это понимала.