Книга Бывшие. Второй раз не сбежишь!, страница 273 – Дана Дейл

— Громов, скажи мне, правду скажи. На твоих руках кровь Игоря, ты избил его?

Крепкими пальцами сильнее сдавливаю кожу на руле. Моя догадливая девочка... Только вот я сейчас начинал звереть, слыша её дрожащий голос, неужели так переживает за этого ублюдка?! Сбавив скорость, резко прижимаюсь к обочине и давлю по тормозам. Заглушив мотор, раздраженно отстегнул свой и её ремень безопасности. Резко разворачиваюсь к Ульяше лицом. Хочу смотреть в её глаза, хочу видеть каждую эмоцию, должен блять!

— Малыш, что ты хочешь от меня услышать?! Ты сама все прекрасно понимаешь, ты же умная девочка, правда?

Сам того не замечаю, как слегка повышаю на неё тон. Придурок блять! Нахера?! Вот зачем я на неё срываюсь снова из-за своей же дикой ревности?! Она растерянно смотрит в мои глаза, но не выдержав моего твердого взора, опускает глазки вниз, нервно теребя легкое кружево платья.

— Зачем..? Тебе от этого стало легче?

Тихо интересуется, медленно поднимая на меня стеклянные глаза. И вот тут я реально охринел, во рту резко пересохло от гнетущего ожидания, понимаю что меня сейчас накроет приступом бешенства.

— Неужели так переживаешь за него?!

Между нами повисло удушливое молчание, смотрю в любимые глаза и не дышу, неужели что-то все же чувствует к нему? Сжимаю ладони в кулаки, которые сейчас порвут в клочья плоть. Главное держать себя в руках, что я и делаю. Понимаю что меня немного опускает. Глубокий вдох и я задаю свой вопрос заново.

— Ну? Чего ты молчишь, так переживаешь?! Я сделал то, что должен был сделать ещё давно, будь моя воля, вообще бы убил его! Слышишь?!

— Я не о нём переживаю... А о тебе... Если об этом узнает твое начальство? У тебя же будут проблемы..

Её ручка невесомо касается моей щетины. После её трепетных слов, чувствую себя ещё большей скотиной. Значит, она обо мне так переживает? Маленькая моя... Неотрывно смотрю в голубые глаза, Ульяша их не сводит с моего сурового лица, смотрит с долей беспокойства. Переживает и видно как дико волнуется, каждую её боль или переживание я всегда ощущал и чувствую собственной душой. Когда ей больно, больно и мне.

— Иди сюда...

Аккуратно обнимаю её и притягиваю к себе за затылок, моя девочка носиком утыкается в мощную грудь, цепляясь острыми ноготками за мои плечи.

— Милый мой, зачем ты сам себе наносишь вред? Ты же понимаешь что могут быть непоправимые последствия.

— Тебе не о чем переживать, я действовал аккуратно и очень осторожно, поверь, волноваться обо мне, это последнее что ты должна делать, я взрослый мужчина, даже если это на мне и отразится, тебя это точно не коснется.

— Пообещай что больше его не тронешь?

Она пытается отстраниться от меня, явно хочет посмотреть в мои глаза и увидеть там положительный ответ на её слова. Но нет! Я лично сам себе пообещал что окуну его в искрометный ад и я доведу начатое до конца, чем бы мне это не грозило. Попрут с органов если узнают, плевать! За неё убью любого! Даже не задумываясь. Надо будет, собственную жизнь отдам. Больше не позволю никому причинить ей боль, неважно какую, моральную или физическую.

— Пообещай мне.

Не хочу врать любимому человеку глядя в глаза, как можно бережнее прислоняю её к себе всей своей силой. Утыкаюсь подбородком в её макушку и глядя на освещенную вечерними огнями дорогу, скрипя зубами, как можно более убедительнее ей произношу.