Книга Дерзкие. Будешь должна, страница 8 – Катерина Пелевина

Что? Мне не показалось?

— Чё встала? Вали, говорю отсюда нахрен, чтобы не видел тебя больше, — грубит он, и я пулей выбегаю на улицу, пока есть шанс, а потом поспешно хватаю свой телефон и начинаю названивать Соне.

— Кать? Кать, алё? Ты где? — спрашивает она меня, а у меня словно дар речи пропадает. Кое-как пытаюсь справиться с дыханием. Выровнять его. Не думала даже что когда-нибудь буду вот так нервничать. Я в каком-то переулке за клубом. Тут куча всяких странных персонажей, которые смотрят на меня далеко не целомудренными взглядами.

— Сонь, я на улице. С той стороны, где парковали авто… — объясняю я, пока вижу, что ко мне идут какие-то парни. Целой толпой, а я отхожу всё дальше к более освещенному месту, где есть камера видеонаблюдения.

— Я сейчас приду, — говорит она, а я начинаю нервничать.

— Сонь, тут парни какие-то стремные. Они жмут меня. Одна сюда не иди. Поняла меня? — кричу ей, пока меня уже вовсю окружают.

— Красотка какая. Выпить хочешь? — спрашивают, а я осматриваюсь. Понимаю, что не самая лучшая ситуация. Вокруг четверо каких-то отморозков. Я одна. Стою на парковке за клубом и трясусь от страха.

— Идите куда шли, — говорю более грубо и сжимаю в руках телефон.

Это в лучшем случае, Катя, им нужен твой телефон. А в худшем…В худшем…

Стою и нащупываю в кармане ключи, которые нашла у Светки в джинсах. Зажимаю их между пальцами. Так чтобы сделать что-то вроде оружия. Хоть какого-то. А иначе что я смогу предпринять против четырех здоровых парней?

— Да ладно, чё ты. Давай познакомимся. Мы выпить тебе купим. Есть подружки у тебя?

Едва слышу это, как по спине проходит липкий холодок. Страх съедает с потрохами. Зачем я вообще сюда приперлась? Чёртов мажор. Ненавижу его.

— Я не знакомлюсь. Оставьте меня в покое по-хорошему.

— А не то чё? — спрашивает один из парней. — Угрожать собралась?

Едва слышу это как ощущаю, что меня грубо остервенело хватают за волосы. Да с такой силой что я с ног валюсь, и от полученного адреналина начинаю бить его ключами прямо по лицу. Просто как умею. Бить и бить. Сыплются какие-то маты, парни начинают оттаскивать меня от него. И тут же перебрасывают через плечо, направляясь к чёрному джипу, пока я ору и вырываюсь, пиная всех и вся вокруг.

Мысленно прощаюсь с девственностью или даже с жизнью.

Но внезапно металлическая дверь клуба распахивается. На пороге стоит Сонька, до одури злой Глеб и его дружок Кир.

— Быстро поставили её и свалили отсюда на хуй, — сплевывает мажор на землю, и тут происходит что-то невразумительное. Те самые парни начинают бегать в панике.

У меня истерика. Я реву белугой. Не могу остановиться. Но меня тут же отпускают, просто ставят на ноги, сами рассаживаются в машину и уезжают оттуда прочь в течение нескольких секунд, а я съезжаю вниз на корточки. Не могу даже стоять на ногах. Соня кидается ко мне, чтобы помочь. Моя рука вся в крови, кажется, в чужой крови, а Глеб расхаживает из стороны в сторону и бесится, рассматривая меня, словно я в его глазах опустилась ещё хуже его давалок.

— Дура, блядь, — цедит он, и достает сигарету, а меня до сих пор трясёт. Я вообще не могу успокоиться. Почему я? Да ещё и дура? Что я сделала?

— Не плачь, моя, — успокаивает меня Соня и гладит по голове. Кир хмурится и что-то говорит Глебу. А тот глядит на меня исподлобья и качает головой. Тушит сигарету, выбрасывает в урну и подходит ко мне, протягивая свою руку.