Книга Подонок. Ты – моя игрушка, страница 13 – Катерина Пелевина

Ещё раз проверяю свой телефон. Меня Кира звала, но я с другом перетирал, потому что не хотел к ней ехать. Из-за недавнего инцидента с её братом. А теперь я мечтаю оторвать голову мелкой сучке… Позабыв всё остальное, потому что на меня ещё никто не смел вот так поднимать руку.

Мелкая возомнила себя войном в юбке? Серьёзно?

Да я её на раз разнесу. И повешу над универом флаг в виде её трусов, чтобы неповадно было.

Стаскиваю с себя весь верх, потому что на футболку попала вода, умываюсь в ванной и собираюсь пойти к себе переодеться, как вдруг снова натыкаюсь на эту бессмертную тварь, которая стоит и не дышит, заметив меня на пороге ванной с ковшиком в руках. Бежать уже поздно — она это понимает. Сама, блядь, пришла ко мне, как в мышеловку.

— Тебя сразу убить или на колени встанешь?

— Что?! — возмущается она, округлив свои глаза. — Да пошёл ты!

Секунды не проходит, как я обхватываю её за запястье и резко дёргаю на себя, после чего предплечьем придавливаю к двери, надавив на грудную клетку и нависнув над ней. У неё аж дыхание от страха перехватывает, а глаза тут же становятся неестественно огромными. Мы слишком близко друг к другу. И от её волос воняет каким-то дешманским приторным шампунем. Кажись, у меня аллергия. Потому что нос начинает чесаться и в горле першит. Возможно, аллергия на неё саму и их присутствие в моём доме.

— Я сейчас маму позову, — рычит она на меня, задрав вверх свою противную морду. Пытается меня мамкой напугать, серьёзно, блин?!

— Зови, сучка… Зови… Понравился же тебе мой паук? — хриплю прямо в лицо. — Ночью… — склоняюсь к её уху. — Я положу его прямо на твою подушку… Возле головы… — ухмыляюсь, изучая заслезившиеся глаза и дрожащий подбородок. А она что думала? Будет такую дичь творить и ответки не последует? Да я только начал. И хочу изощрённее. Медленно и мучительно.

— Только попробуй…

— Попробую… Я легко к тебе зайду, даже не сомневайся… — зловеще посмеиваюсь, вызвав новую драму на её лице.

— Что тебе от меня нужно?! — скулит она, состроив жалостливую гримасу. Реально думает, что у неё что-то есть? Для меня? Ага… Конечно.

— Ничего… Только чтобы вы собрали вещи и свалили отсюда навсегда туда, откуда вы с мамашей, нахрен, выползли, ты всё поняла?! — давлю её ещё сильнее, и она взвизгивает, а потом вдруг слышу голос отца.

— А что здесь происходит? Ник? — выныривает он из-за угла.

Я тут же отпускаю её, но сам ощущаю, что ещё не отошёл. Как сидела злость на поверхности, так и остаётся. Никуда не делась. И никакого удовлетворения от такой маленькой стычки я не получил.

— Жень… Он что-то тебе сделал?

Пиздец. Как будто меня здесь нет реально. Типа моё слово не в счёт, правильно я понял? По всем фронтам дерьмовый сын. Только суть в том, что дерьмовый он. Дерьмовый муж и отец. И не нужно перекладывать ответственность за свои поступки на меня. Это всего лишь последствия.

— Нет, Сергей Николаевич, — тут же шепчет она, поправляя свою кофту. Опять превратилась в одувана. Ну надо же… Бедняжка. Снова не стала сдавать. — Я пойду… — исчезает буквально за секунды, оставив нас втроём.

— А ты почему в таком виде?! — отец недовольно смотрит на меня полураздетого в шоке. А её мамаша ещё и прячется за его плечом, словно боится влезать в наш разговор. Дешёвка, блин.