Книга Шаровая молния, страница 80 – Андрей Горин

Миша вёл себя достаточно развязно, налегал на коньячок и уже минут через сорок был хорошо поддатым. Отпускал фривольные шуточки в сторону девушек, и почти откровенно хамил. Девушки пока никак не реагировали на его вызывающее поведение.

— Миша у нас поэт, широко известный в узких кругах, — пошутил Арнольд. — Непризнанный гений. Прочтёшь нам что-нибудь из своей нетленки? — обратился он к толстопузому хомяку.

Миша закатил глаза, надул щёки и выдал:

'В подворотне две девушки мочатся,

И моча разлилася рекою.

Как мне хочется, хочется, хочется,

К голой жопе прижаться щекою…' ©

— Ну как стишки гёрлы? — нагло уставился он на девушек.

— Говно стихи. Явно не Пастернак и не Вознесенский, — с милой улыбкой, заявила Даша.

— Ты смотри, какая юморная сучка, — скривился Миша, — Ну что пойдём, отсосёшь по-быстрому в сортире или в жопу дашь. Ты ведь Дашка. Значит, даёшь.

— Пойди подмойся в своём сортире и трахни сам себя в жопу, — продолжая ласково улыбаться, парировала Даша. Она умела быть разной, интеллигентной, вежливой и обаятельной. Но выросла она в Глебучевым овраге в компании брата бандита и его дружков, и умела за себя постоять.

— Да ты чего сучка⁈ — ощерился оскорблённой до глубины души Миша. — Я тебе сейчас зубы пересчитаю.

— Ты знаешь, мальчик? У тебя проблемы. Видел парня, который был за нашим столиком, когда вы пришли? Это мой брат, мастер спорта по борьбе и боксёр. А ещё бандит. А на входе охранник, это его дружок. Поэтому зубы, скорее всего, пересчитают тебе. Чтобы язык за зубами держал. Хотя если тебе их выбьют, то как ты сможешь тогда его за зубами держать? — деланно задумалась Даша. — Ладно. Тогда пусть просто яйца оторвут.

Миша хотел ответить наглой девке, но вспомнил здоровенного парня, который сидел с Арнольдом за столом, когда они пришли, а затем громилу охранника на входе в зал ресторана. Потом мысли его свернули на тёмную ночную улицу, по которой ему придётся возвращаться домой и Мише стало ссыкотно. Как часто и бывает у наглецов и хамов, Миша был малость трусоват. Поэтому он, привстав и застыв в нелепой позе, только надувал щёки, сопел и гневно пучил глаза.

— Ладно, ладно. Чего вы ругаетесь. Хорошо же сидели, — вмешался Арнольд. — Давайте все успокоимся. А стихи Мишаня и правда говно, — насмешливо добавил он.

Миша покорно сел, продолжая громко сопеть. Атмосфера за столом продолжала оставаться напряжённой. Воображение Миши продолжало рисовать картины тёмной ночной улицы и огромный кулак, приближающийся к его морде. Поэтому вскоре Миша засобирался домой, от греха подальше. И распрощавшись, покинул компанию, чему все оставшиеся были только рады.

Если говорить честно, то Арнольд был недоволен тем, как складывалась ситуация. И дело было не в том, что девушки не оправдали его ожидания. Наоборот, он был приятно удивлён и девчонки были действительно высший класс. Дело было совсем в другом. Потому что как это часто и бывает, он сам себе создал проблему. Ему очень понравилась темноволосая подруга Даши. А теперь, приглашённый для оценки девушек ловелас Лёня, ужом вился вокруг Марины, и девушка приветливо улыбалась, слушая льющийся фонтаном поток шуток, комплиментов и занимательных историй из уст прожжённого бабника.

Арнольду это не нравилось. В нём поднималось тёмное и гневное чувство собственника, которое буквально рычало: «Моё!». А когда Лёня пригласил девушку танцевать, и пара закружилась в медленном танце, причём Лёня что-то нашёптывал девушке на ушко, настроение у него совсем упало.