Книга Наследие Хаоса, страница 64 – Андрей Горин

Обычно он бы не раздумывая встал на сторону Церкви и выполнил их требования. И плевать ему, виновна жертва или нет. Ссориться с Проклятыми братьями, было чревато.

Но сейчас ситуация была необычной. Совсем необычной. И действовать нужно было чрезвычайно осторожно.

Если он не поддержит посланцев Церкви, то те, несомненно, будут жаловаться в столицу, что в нынешнем положении опального градоначальника чревато неприятностями.

Если же он выступит на стороне церковников и задействует Городскую Стражу и Королевский Военный Гарнизон, то создаст неприятный прецедент. Ведьма ведьме рознь. Сейчас обвинения касались высшей аристократии. Признать герцогиню ведьмой, было бы шагом необдуманным и опасным.

Аристократия не любит, когда вмешиваются в её дела. И если позволить церковникам хватать по первому подозрению не только простолюдинов, но и лиц дворянского сословия, то это нанесёт ощутимый удар по власти аристократии.

Против Флавиуса Максимуса выступит всё дворянство, что превратит его из изгнанника, в изгоя.

Да и новоявленный герцог вряд ли позволит схватить свою жену. А спровоцировать бунт целого герцогства и при этом оказаться в самом эпицентре событий, хотелось Градоначальнику ещё меньше, чем вызвать недовольство столичных властей.

— Вы отдаёте себе отчёт, что обвиняете не кого-нибудь, а саму герцогиню? — попробовал он урезонить аббата.

— Перед всевышним все равны! — мерзко улыбаясь, заявил Франческо Тотти.

— Я не уверен, что ваше руководство поддержит вас в стремлении разжечь такой конфликт, который может даже спровоцировать гражданскую войну, — привёл последний довод Королевский Наместник.

— О, его Преосвященство Епископ Бенедиктус не только в курсе нашей священной миссии, но и направил со мной Главного Экзекутора Епархии, Инквизитора Первого Ранга, Сезара Перейра Гонсалеса, — указал аббат на стоящего рядом с ним монаха, с худым, словно вырубленным топором лицом.

Тот коротко поклонился Королевскому Наместнику.

При этом имени Градоначальник ещё больше нахмурился. Слышал он про этого экзекутора, тот ещё садюга. Даже среди своих собратьев этот тип выделялся патологической жестокостью. Причём пытки обычно сопровождались групповыми извращёнными изнасилованиями ведьм, якобы так это чудовище изгоняло из истязаемых скверну.

С этими людьми вряд ли удастся о чём-то договориться, понял Королевский Наместник. Фанатики не внемлют голосу разума. Они ещё более одержимы, чем те, против кого они борются.

Обстановка с каждой минутой всё накалялась, а учитывая то количество вооружённых людей, которое здесь собралось, дело шло к чрезвычайно кровавой схватке.

Как шепнул Флавиусу Максимусу подоспевший Начальник Городской Стражи, с церковниками прибыли две сотни бойцов монастырской гвардии. Ещё три сотни отборных головорезов привёл с собой барон.

Но и их противники не были беззащитны. С герцогом было три сотни наёмников, а Градоначальник прекрасно представлял, на что способны «Ворчливые Псы».

Но особо его нервировал малый боевой Хирд гномов, которые непонятно с какого перепугу встряли в это дело на стороне герцога. Вмешательство гномов было чревато и другими не столь очевидными, но не менее крупными неприятностями. В том числе и лично для Королевского наместника.

Гномы — это деньги. И почти все деньги Флавиуса Максимуса, включая те, что он спрятал в других странах, хранились в Отделениях Рудного Банка гномов. И ссориться с коротышками Градоначальнику категорически не хотелось.