Книга Сети чужих желаний, страница 92 – Марина Серова

— Понимаете, Арсений Михайлович, Орлов действительно собирал данные о финансовых махинациях крупных компаний. Мы нашли устройства, на которых были таблицы и точные цифры.

Попов побледнел. Руки снова впились в подлокотники. Казалось, вот-вот — и его снова затрясет.

— Налоговая вместе с отделом по борьбе с экономическими преступлениями проверят все отчеты компаний и сверят их с фактическими затратами. Если все подтвердится, то виновные понесут наказание. Мы не можем закрыть глаза на ваши преступления, даже если вы являетесь главным свидетелем по другому делу.

В дверь постучали. В кабинет заглянул молодой сержант.

— Товарищ лейтенант, все готово для перевода.

— Хорошо, — Шилова кивнула и снова повернулась к Попову: — Вам нужно пройти с ним. Вас перевезут в безопасное место. Не волнуйтесь, все будет конфиденциально.

Попов тяжело поднялся. Новое потрясение подкосило его еще не окрепшее сознание. Он кивнул Шиловой, не находя слов.

Когда дверь закрылась за ним, Юля выдохнула, взглянула на меня и протянула мне бумаги:

— Тань, можешь посмотреть. Знаю, тебе не терпится. В поисковую базу я приметы загрузила.

Естественно, я вцепилась в материалы допроса. Пролистала все от корки до корки и хмыкнула:

— Юль, спасибо. Теперь пойду работать по своим каналам. Если что, держим друг друга в курсе.

И я поехала домой. Там наконец сварила себе кофе и принялась за работу. Быстро пролистала судебные дела, но, как и ожидалось, они не дали ничего существенного. Базы данных — это не волшебный шар, в котором можно найти ответ по любому запросу. Почти все оппоненты убитого работали юристами или имели соответствующее образование, так что я быстро поняла, что нужно сужать круг.

— Если не могу пройти коротким путем, то придется идти длинным, — вздохнула я.

Дальше началась рутина, которую я не любила больше всего. Я потратила несколько часов, чтобы через знакомых, соцсети и корпоративные регистры найти хоть какую-то информацию о людях из списка. Фотографии, упоминания в прессе, профили в социальных сетях — все это должно было помочь нам найти преступника.

Полдня кропотливой работы все же дали свои результаты. Из большого списка я остановилась на десяти кандидатах, но и это нужно было сократить.

— Почему преступник вообще выбрал Попова как инструмент? — Я ходила по комнате и рассуждала вслух. — Он был одним из трех основателей, однако выбрали именно его, а не других. Возможно, преступник был знаком с ними и знал, что Попова легче запугать или им проще манипулировать?

С новой теорией я решила проверить, имеет ли кто-то из десяти человек связь с «Вольт и Ко». Таких нашлось всего двое — владелец адвокатской конторы Вишнев и основатель фармацевтической компании Уткин. Однако мне нигде не удавалось найти их фото, на котором были бы хорошо видны руки.

Осознание того, что я уперлась в стену, накатило тяжелой липкой волной. Мысли метались по замкнутому кругу. Теперь у меня было двое подозреваемых, чьи жизни уместились в сухие строчки досье, но кто из них окажется тем самым левшой, я понятия не имела. Да, всегда можно было пойти по классическому пути и установить слежку или подключиться к камерам, чтобы следить за каждым действием. Но это была пустая трата драгоценного времени, которого у нас не было. Каждый лишний день давал убийце фору, возможность замести следы или нанести новый удар. Нужен был не стандартный ход, а прорыв.