Книга Сети чужих желаний, страница 88 – Марина Серова

— Арсений Михайлович, — его голос потерял всякую мягкость и стал холодным, как сталь, — вы понимаете, в какой ситуации оказались? Вы единственный, кто видел человека, напрямую связанного с убийством. Ваша жизнь уже не стоит и ломаного гроша в глазах этих людей. Они использовали вас как перчатку — надели, сделали грязную работу, а теперь готовы выбросить. И выбросят. Ваша единственная надежда — это мы. Не компании, не деньги, не репутация. Мы.

Он сделал паузу, давая словам врезаться в сознание.

— Вы говорите, что он выглядел как обычный мужчина. Не бывает «обычных» мужчин, которые убивают людей. Вспомните детали. Он пил что-то во время встречи? Кофе? Воду? Держал стакан правой или левой рукой? Были ли на руках часы или кольцо? Пахло ли от него сигаретами или, может, сильным одеколоном? Вы бизнесмен. Вы должны уметь читать людей.

Попов замер, уставившись в пустоту перед собой. Казалось, он действительно пытался пробиться сквозь завесу паники и страха. Я видела, как его пальцы бессознательно сжимаются и разжимаются.

— Кажется, он пил воду, — голос Попова сорвался на шепот, — из стеклянного стакана и ставил его очень аккуратно, без стука. Как будто боялся привлечь внимание. А еще припоминаю часы. Стальные, с черным циферблатом. Плохо разглядел, но, думаю, дорогие.

— Бренд? — мгновенно встряла я.

— Я не разглядел. Но на запястье правой руки, и он левша. Потому что блокнот он держал в правой, а ручку в левой. — Попов зажмурился. — И когда он поправлял галстук, на запястье правой руки, прямо под ремешком часов, был шрам или родимое пятно. Вроде в форме полумесяца.

В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь тяжелым дыханием Попова. Он только что выдал первую по-настоящему ценную зацепку. Убийца, или его посредник, был левшой со шрамом на правом запястье.

— Нам нужна точная дата и время вашей встречи.

— Пятнадцатое марта около четырех часов дня в «Серебряной башне».

Кирьянов переглянулся со мной. «Серебряная башня» — это уже конкретный адрес, где можно поднять камеры и опросить персонал.

— Арсений Михайлович, — снова смягчив тон, сказал Киря, — вы только что сделали самый важный шаг к своему спасению. Теперь ваша задача — помочь нам составить фоторобот. Мы поместим вас в безопасное место под охрану. Только наш специалист будет работать с вами, и никто больше не узнает, что вы давали показания.

На этот раз Попов не стал сопротивляться. Он выглядел до смерти уставшим. Когда сержант увел Попова, Кирьянов обернулся ко мне, и на его лице я увидела не удовлетворение, а тревогу.

— Левша со шрамом и поставленной речью. А самое главное, что он не просто угрожал, а играл на страхе. Угрозы — дело нехитрое, я бы даже сказал, это классика, а вот шпионаж и отправка фото… — Он покачал головой. — Боюсь, что у нас не так много вариантов: либо мы столкнулись с психопатом, либо с профессионалом, но точно не с обычным бандитом. Каждая деталь продумана до мелочей. Он рассчитал все этапы и даже оставил себе пути отступления, если вдруг на каком-то этапе выйдет осечка.

— Могу предположить, что это кто-то из узкого круга бывших юристов, корпоративных шпионов или работников органов. Я проверю всех, с кем у Орлова были суды в последнее время, и попробую найти левшу со шрамом на правом запястье.