Книга Сети чужих желаний, страница 23 – Марина Серова

Я тут же написала об этом Роберту и Кире. Как назло, ни один из них не был онлайн.

— А у вас остался номер того юриста?

— Наверно. У меня глаза уже не видят, посмотри сама.

Она протянула мне кнопочный телефон. Среди последних вызовов я нашла два неизвестных номера и переписала их. Позже проверю, кому они принадлежат.

— Что касается Сергея, то не замечали ли вы чего-то странного, когда он приезжал к вам?

— Да чего уж тут странного заметишь. Он приезжал на час-два. Поговорит немного со мной, починит что-то, а потом: «Все, мам, я побежал», — и уезжал опять на неделю.

— А каким он был в детстве? Может, конфликтовал с кем-то?

— Ну как без этого, и ругался, и дрался. У мальчиков по-другому не бывает. Когда повзрослел, то спокойнее стал. Всегда держал себя в руках. Выпить мог, но не курил никогда и ничем таким не увлекался.

— Может, он вам рассказывал что-то о работе?

— Мельком проскакивали отрывки. Иногда приезжал и много жаловался на коллег и партнеров, но это редко.

— Он поддерживал контакт с Геннадием?

— Редко, да и Генка не очень любил его. Сережа окончил институт, построил карьеру, а его мотало с одной работы на другую. Я хотела ему помочь с устройством к Сереже, но у него, видите ли, гордость разыгралась.

— А сейчас вы смогли его убедить?

— Я в прошлом психолог, так что немного разбираюсь в людях. Как только услышал, что можно стать управляющим целой компанией, так сразу глазки загорелись. Даже не дослушал меня, сразу согласился. Думает, я, дура старая, поверила, что он только из-за того, что мне помогать с лекарствами надо, согласился устроиться в его компанию. Власти он хочет, вот и все. Мне уже все равно. Я свое пожила, а он, глядишь, на одной работе надолго задержится, семью создаст, детишек заведет. Он ведь хороший на самом деле, но жизнь так распорядилась, что пришлось ему помучиться. Генка с детства со всеми дружить хотел, да не получалось. Что ж, теперь на нем крест ставить?

В конце своего рассказа женщина прослезилась. Она быстро вытерла влажные глаза и медленно пошла к шкафу, который, видимо, решила оставить здесь. Немного успокоившись, она продолжила:

— Я и дом ему этот завещала. Пусть живет, лишь бы у него все было хорошо.

— Вы, главное, не волнуйтесь.

В этот момент мне позвонили. Это был мастер, которого Киря попросил помочь мне. Он сказал, что поменял колесо и машина в полном порядке. Это была хорошая новость. Теперь я точно не застряну здесь. Надежда Петровна полностью успокоилась.

— Я, наверно, пойду.

— Ты если увидишь его, то передай, пожалуйста, что я на него не обижаюсь, и он пусть зла не держит.

— Обязательно, до свидания.

Едва я переступила порог, налетевший шквал ледяного ветра едва не вырвал у меня зонт из рук. Небо, еще несколько минут назад подернутое легкими облаками, теперь нависало сплошной свинцово-лиловой пеленой. Холодный воздух, пахнущий мокрой пылью и грозой, пронизывал насквозь. Первые тяжелые капли дождя забарабанили по ткани зонта, когда я почти бегом бросилась к машине.

Дорога окончательно превратилась в месиво. Грязь, вязкая и цепкая, чавкала под подошвами, норовя удержать каждый шаг. Я скользила, едва удерживая равновесие, и мысленно благодарила судьбу, что надела практичные ботинки. Добравшись до машины, я с облегчением рухнула на сиденье, с трудом переводя дыхание. В салоне пахло остывшим пластиком, но это был запах спасения. Я вся дрожала от холода, пальцы одеревенели и плохо слушались. Черт возьми, Аякс был на сто процентов прав, уговаривая меня отложить поездку. В следующий раз его советам стоит уделять больше внимания — заболеть сейчас было бы непозволительной роскошью.