Книга Тенгиз, страница 18 – Лебрута алей Ла

Лицо.

Вот это лицо.

Не классическая красота. Нос с горбинкой. Скулы высокие, почти мужские. Губы тонкие, без филлеров. Подбородок волевой. Морщинки у глаз — она улыбается часто или щурится от солнца.

Но глаза.

Чёрт возьми, эти глаза.

Серо-зелёные. Холодные. Умные. Оценивающие.

Взгляд встречается с моим.

Секунда.

Две.

Три.

Она не отводит глаза.

Не смущается.

Не улыбается кокетливо.

Просто смотрит.

Изучает.

Анализирует.

Как я смотрю на женщин.

Только она делает это со мной.

Интересно.

Очень интересно.

Она входит в лифт. Движения уверенные. Никакой игривости в походке. Никакого лишнего покачивания бёдрами. Просто идёт. Нажимает кнопку восемнадцатого этажа.

Встаёт рядом.

Не в противоположном углу, как делают большинство людей в лифте.

Рядом.

На расстоянии около метра.

Запах.

Лёгкий. Едва уловимый.

Не духи. Что-то натуральное. Цитрус? Нет. Что-то более сложное. Многослойное.

Дорогое.

Очень дорогое.

Лифт продолжает движение.

Седьмой этаж.

Восьмой.

Молчание.

Не неловкое. Просто молчание.

Два человека, которые едут вверх и не чувствуют необходимости заполнять тишину бессмысленными словами.

Редкость.

Большинство людей не выносят тишину. Начинают говорить о погоде, о городе, о чём угодно, лишь бы не молчать.

Она молчит.

Стоит. Смотрит прямо перед собой. Осанка идеальная. Руки свободно опущены вдоль тела. В правой руке телефон — iPhone, простой чехол, никаких стразов или брендов.

Пальцы длинные. Ногти короткие, покрытые прозрачным лаком. Никаких колец.

Не замужем?

Или просто не носит кольца?

Девятый этаж.

Десятый.

Поворачиваю голову. Смотрю на неё. Не украдкой. Открыто.

Она чувствует взгляд. Конечно чувствует. Женщины всегда чувствуют.

Медленно поворачивает голову. Встречается взглядом.

Не улыбается.

Не спрашивает "что-то не так?".

Просто смотрит.

В её глазах вопрос.

Не "почему ты смотришь?".

А "что ты видишь?".

Более интересный вопрос.

Более сложный.

Говорю первым. Нарушаю правило. Обычно жду, когда женщина заговорит первой. Но с ней другие правила.

— Вы не боитесь мужчин в лифтах.

Голос ровный. Констатация факта.

Она чуть приподнимает бровь. Почти незаметно.

— Должна?

Голос низкий. Бархатный. Никакого визга. Никакой искусственной мягкости. Просто голос взрослой женщины, которая знает себе цену.

— Большинство боятся. Статистика. Закрытое пространство, незнакомый мужчина, никакой возможности убежать.

— Большинство не умеет драться.

Пауза.

Поворачиваюсь к ней полностью.

— Вы умеете?

— Чёрный пояс по карате. Третий дан. Двенадцать лет практики.

Усмехаюсь.

— Впечатляюще.

— Практично, — поправляет она. — Мир жесток к женщинам, которые не умеют защищаться.

Одиннадцатый этаж.

Двенадцатый.

Смотрю на её тело заново. Теперь с другой оптикой. Да, видно. Плечи развитые. Бицепсы под тканью платья угадываются. Осанка боевая. Центр тяжести низкий. Баланс идеальный.

Опасная женщина.

Очень опасная.

Возбуждающе опасная.

— Вы не спросили, зачем женщине чёрный пояс, — говорит она.

— Не моё дело.

— Большинство мужчин спрашивают. Или смеются. Или говорят что-то вроде "зачем такой красивой девушке драться".

— Большинство мужчин идиоты.

Она улыбается.

Первый раз с момента входа в лифт.

Улыбка не широкая. Не показная. Просто уголки губ приподнялись.

Но эффект потрясающий.

Лицо преображается. Глаза теплеют. Появляется что-то человеческое за холодной оценкой.