Книга Тенгиз, страница 10 – Лебрута алей Ла

Есть вещи, которые можно контролировать.

Есть вещи, которые нельзя.

Турбулентность относится ко второму типу.

Переживать из-за того, что нельзя контролировать — трата энергии.

Энергия — ресурс.

Ресурсы нужно тратить эффективно.

Простая логика.

Железная.

Работает всегда.

Крыло снова качнулось. Двигатель взревел громче. Пилоты компенсируют потерю высоты. Добавляют тягу. Выравнивают курс. Профессионалы своего дела. Тысячи часов налёта. Сотни турбулентных зон. Рутина для них.

Тенгиз уважает профессионализм.

В любой сфере.

Пилоты.

Стюардессы.

Бизнесмены.

Женщины.

Все, кто знает своё дело и делает его хорошо — достойны уважения.

Все остальные — просто шум.

Самолёт выровнялся. Тряска уменьшилась. Полёт стал плавнее. Турбулентность проходит. Ещё минута-две, и всё закончится.

Голос пилота подтвердил:

— Дамы и господа, мы покидаем зону турбулентности. Через минуту вы сможете отстегнуть ремни. Благодарим за терпение.

Коллективный вздох облегчения прокатился по салону. Кто-то негромко рассмеялся. Нервный смех. Реакция на стресс. Организм сбрасывает напряжение.

Тенгиз не смеялся.

Не вздыхал.

Просто ждал.

Лампочка погасла. Ремни можно отстёгивать.

Но Тенгиз не отстегнул.

Оставил пристёгнутым.

Статистика показывает — большинство травм случаются сразу после объявления об окончании турбулентности. Люди расслабляются. Отстёгиваются. Встают. И тут самолёт попадает в остаточную воздушную яму.

Тенгиз не верит в расслабление до финала.

Финал — это когда колёса коснулись земли.

Всё остальное — процесс.

А в процессе нужно быть начеку.

Алина вышла из служебного отсека. Лицо чуть бледнее, чем было. Интересно. Значит, и она волновалась. Просто не показывала. Профессионализм. Маска. Защита.

Все носят маски.

Стюардессы.

Бизнесмены.

Мужчины.

Женщины.

Вопрос только в том, насколько хорошо маска сидит. И насколько часто её снимаешь.

Тенгиз Джапаридзе почти не снимает.

Даже наедине с собой.

Потому что если носишь маску слишком долго — она прирастает.

Становится лицом.

А снять лицо невозможно.

Алина прошла по салону. Снова проверяла пассажиров. Всё в порядке. Все живы. Все целы. Никаких происшествий.

Обычный полёт.

Обычная турбулентность.

Обычная среда.

Она остановилась у кресла Тенгиза. Посмотрела на него. В глазах вопрос. Тихий. Без слов.

"Вы в порядке?"

Он кивнул.

"Да."

Она улыбнулась.

На этот раз улыбка была настоящей. Облегчение. Усталость. Благодарность тому, что всё закончилось хорошо.

Хрупкость.

Человечность.

Красота другого рода.

Не физическая.

Эмоциональная.

Тенгиз смотрел на неё и думал — вот она какая на самом деле. Без маски. Без игры. Просто женщина, которая устала, которая боялась, но не показывала. Которая делала свою работу, несмотря на страх.

Сильная женщина.

Редкость.

Ценность.

Но не для него.

Потому что сильные женщины требуют сильных чувств.

А Тенгиз Джапаридзе не умеет сильные чувства.

Разучился.

Или никогда не умел.

Алина прошла дальше.

Момент закончился.

Маска вернулась.

У неё.

У него.

У всех.

Потому что мир не прощает слабости.

Даже временной.

Даже честной.

Особенно честной.

Телефон снова завибрировал. На этот раз Тенгиз достал его. Сообщение от Артёма:

"Копнул глубже. Партнёр шейха не просто вышел из проекта. Он подал в суд. Обвиняет шейха в мошенничестве. Информация пока закрыта, но через два-три дня станет публичной. Шейх в жопе. Ему нужны деньги на адвокатов и на откуп репутации."