Книга Дело чёрного старика, страница 77 – Андрей Толоков

— Но обязательно отвечу, – продолжил Василий, – позже. А теперь, Андрей, давай к делу.

— Давай.

— Мне нужна твоя помощь.

— Это я понял еще, когда ты мне звонил. Рассказывай. Всё что в моих силах я сделаю.

— Ты помнишь дело «чёрного» старика?

Подгорный слегка опешил.

— Ты чего, Василий?!

— Вижу, что помнишь.

— Забыть это невозможно. Ворюги нас обыграли. А чего ты вдруг про него вспомнил?

Куприянов рассказал Андрею обо всем, что произошло с момента обнаружения трупа Маргариты Терёхиной. И в конце рассказа попросил полковника:

— Помоги мне встретиться с Пожарской.

— Ух ты! – Подгорный почесал в затылке. – Это задачка не из лёгких. Ты знаешь кто её муж сейчас?

— Кто?

— Как сказано у Ильфа и Петрова: персона особо приближённая к императору. Он с самим мячик на корте гоняет.

— Стал бы я к тебе обращаться по пустякам.

— Она тебе нужна как свидетель?

— Да.

Андрей задумался. Он даже не представлял, с какой стороны подступиться к Пожарской. Как помочь своему другу. Популярная актриса, телеведущая, жена влиятельного человека. Мало того, она не так часто задерживается в Москве. Для того чтобы устроить встречу Куприянова с Любовью Пожарской нужно время и хорошие связи. Просто так вызвать её как свидетеля не получится. До неё даже повестка не дойдёт. Такие времена и нравы.

— Я обязательно тебе помогу, – уверенно после раздумий сказал Подгорный. – Только нужно время. Ты где остановился?

— Пока здесь, – Куприянов хлопнул ладонью по обивке дивана и засмеялся.

— Понятно. Значит нигде. Тогда так. Я сейчас закончу свои дела и мы поедем ко мне на дачу. Там и поживёшь.

Куприянов собрался возразить, но Андрей, поняв это, опередил подполковника.

— Никаких возражений. Софье я ещё позавчера сказал, чтобы готовилась тебя встречать.

— Слушаю и повинуюсь, товарищ полковник.

— У тебя потрясающие друзья, – Люба, познакомившись сегодня с сослуживцами Василия, была искренне удивлена. – Я никогда не думала, что в милиции есть такие интересные люди.

— А как же я? Малыш, ведь я же лучше, лучше собаки, – шутливо процитировал Василий Карлсона который жил на крыше.

Пожарская громко захохотала. Потом вдруг она остановилась, заплела свои тонкие руки вокруг шеи Василия и, заглянув ему в глаза, тихо сказала:

— Ты исключение, Вася. Ты другой. Сильный, надёжный, умный и очень красивый. Ты другой. Я…, – Люба на мгновение замолчала. Видно было, что она хочет сказать что-то очень важное. То, что предназначалось только Василию. – Я тебя люблю.

Их губы нежно коснулись друг друга. В этом поцелуе не было страсти, в нём была нежность. Они соединились скорее не телами, а своим дыханием. Сильным внутренним чувством было наполнено это лёгкое касание губ.

— Я люблю тебя, – ещё раз повторила Люба. – Люблю.

Василий крепко прижал к себе женщину. Он молчал, но в его объятиях, в его крепких и горячих руках, Люба услышала ответ на своё признание. Он любит. Он не говорит об этом. Он, прижав её к своей груди, передаёт всю силу и искренность своих чувств. Он любит её.

Сегодня весь день, Люба и Василий провели на даче у Панкратова. Илья Петрович отмечал свой день рождения. Он пригласил близких и ребят из отдела. Василий взял с собой Любу. Это произвело фурор среди его сослуживцев. Все очень хорошо знали, кто такая Пожарская, но никак не ожидали, что она в подобных отношениях с Куприяновым. День прошёл очень интересно и вечером, попрощавшись с именинником, вся компания на последнем автобусе отправилась в город. Люба и Василий вышли недалеко от Набережной. Молодые люди решили прогуляться этим чудесным майским вечером и не заметили, как время перевалило далеко за полночь. Им было хорошо вдвоём. Они шли в сторону Любиного дома, разговаривали, любовались друг другом.