Книга Преступная связь, страница 94 – Марина Серова

Сергей и Антон начали выводить Скорострельникову и Серебрянникова к выходу. В это время Григорий попытался что-то нащупать в кармане брюк.

— Что у вас в кармане? Покажите руки, – скомандовал Виталий.

Серебрянников медленно вытащил сотовый и передал Пустельникову.

— Мы проверим его позже, – кивнул Виталий, – а сейчас идите с нами.

Сергей и Антон вывели задержанных из художественной галереи.

— Ну что. Молодцы! – похвалил стажеров Владимир и обратился ко мне: – Итак, задержанные на месте, можно начинать допрос. С кого начнем, Тань? – поинтересовался Владимир.

— Наверное, с организатора – Григория Серебрянникова, – сказала я.

— Я согласен с тобой, – кивнул Владимир.

Когда Григория Серебрянникова привели в кабинет, он пытался казаться спокойным, но его руки заметно дрожали. Поначалу он держался независимо и даже высокомерно. Когда Владимир начал задавать ему трафаретные вопросы, Серебрянников демонстративно молчал.

— Так что же, Серебрянников? Будете говорить или продолжите играть в молчанку? – поинтересовался Владимир.

— Да… я скажу… – Серебрянников, кажется, уже собрался с мыслями. – Я… я никогда не думал, что смогу оказаться в такой ситуации. Все начиналось так безобидно. Я просто хотел немного развлечься, отвлечься от рутины, от постоянного давления. Подпольное казино казалось мне местом, где я мог забыть о своих проблемах, где мог почувствовать себя живым и азартным. Я не осознавал, как быстро это превратится в пагубную зависимость, в бездну, из которой невозможно выбраться. Я проигрывал, и каждый раз, когда я думал, что вот теперь-то я уже точно отыграюсь и смогу вернуть свои деньги, я лишь углублялся в эту яму. Я проиграл деньги инвесторов, деньги членов попечительского совета колледжа, деньги, которые внесли учащиеся за свое обучение. И когда моя супруга Кристина узнала об этом, когда посмотрела на меня с таким презрением и отвращением, я понял, что все кончено. Она сказала, что разведется со мной, а я не мог этого допустить, ведь частный медицинский колледж был открыт на ее деньги.

— Но этого не произошло, ведь так? – спросила я.

— Да, все обошлось, мне… помогли, – ответил Григорий Серебрянников.

— И кто же вам помог? – задала я следующий вопрос.

— Лиза. Елизавета Витальевна Скорострельникова, – сказал Григорий. – Да, в этот очень непростой период своей жизни я встретил Лизу. Она была такой яркой, такой непосредственной. Мы познакомились на одном благотворительном мероприятии, которое проводилось в картинной галерее, принадлежащей Лизе. Потом я еще несколько раз приходил в галерею на выставки и просто так, чтобы увидеть Лизу. Как-то так получилось, что однажды я рассказал ей о своих проблемах. Лиза оказалась единственной, кто попытался понять меня. Мне было очень стыдно признаться в своем пороке, но я был в отчаянии, и Лиза, почувствовав это, предложила мне помощь. Лиза дала мне деньги, чтобы я мог вернуть долг инвесторам. Я думал, что ее помощь поможет мне исправить ситуацию, что я смогу все наладить. Но когда муж Лизы, Александр Скорострельников, узнал обо всем, когда он начал угрожать Лизе, пообещав, что обнародует мое увлечение азартными играми, я почувствовал, что земля уходит из-под ног. Я не мог позволить этому произойти, не мог позволить, чтобы Лиза страдала из-за меня, не мог потерять ее. Ведь Лиза стала для меня самым близким и дорогим человеком. И тогда мы решили… Я знаю, что это звучит ужасно, но в тот момент мне казалось, что это – единственный выход. Я был вне себя от страха и отчаяния. Я не понимал, что делал, не осознавал, к чему это приведет. Я просто хотел избавиться от угрозы, от всего, что могло разрушить то, что у нас было.