Книга Преступная связь, страница 19 – Марина Серова

Соколовский замолчал.

— Продолжайте, Алексей, – попросила я.

— Так вот, примерно недели три назад ко мне подошел один мужчина. Это было на улице, я тогда вышел из магазина. Он сказал, что знает, что Новостроевский меня уволил, и спросил, что я к нему чувствую. Потом он предложил отплатить Иллариону Леонидовичу. Сказал, что можно поджечь его ресторан, например. Или же сделать еще что-то такое, ну, типа подбросить какие-нибудь вещи или предметы для того, чтобы его обвинили в убийстве и посадили в тюрьму, – сказал Соколовский.

— И как вы себя повели? Вы согласились на предложение этого мужчины? – поинтересовалась я.

— Нет! Я ему сразу сказал, что не хочу и не буду в этом участвовать. Я решил, что не стану связываться с тем, кто предлагает такое. Ведь потом придется отвечать, а мне такие проблемы не нужны, – объяснил Алексей.

— Скажите, а как выглядел этот мужчина? – спросила я.

Соколовский на секунду задумался, припоминая.

— Он был довольно высокого роста, с бородой и усами. Носил черные очки. Выглядел он довольно угрожающе, – описал незнакомца Алексей. – Я, признаться, немного испугался даже. А он сказал, что придет еще. И тогда я принял решение, что если он снова начнет мне предлагать такую подставу, то я откажусь.

— И что же? Еще раз он к вам подходил? – спросила я.

— Нет, больше я его не видел, – ответил Алексей Соколовский.

«Так-так, стало быть, Соколовский мстить Новостроевскому не собирался, и ему можно верить, парень говорил искренне. Однако этот незнакомец заслуживает самого пристального внимания. Он нарядился так, что идентифицировать его личность довольно затруднительно. Все эти атрибуты: темные очки, борода, усы призваны максимально нивелировать его внешность. Из всех примет остается только высокий рост. Но главное во всей этой истории то, что примерно уже три недели назад, как сказал Алексей Соколовский, некто решил подставить Иллариона Новостроевского. Этот человек захотел сделать ресторатора виновным в убийстве Александра Скорострельникова. Отсюда и отпечатки пальцев на дверце машины убитого, и следы подошвы его старых ботинок, и даже портсигар».

— Виталий, ну вы все сами слышали, – обратилась я к стажеру, когда мы вышли на улицу. – Теперь необходимо отыскать этого высокого человека, который намеревался задействовать уволенного официанта в своих планах посадить Иллариона Новостроевского.

— А Максима Суворовкина уже нет смысла проверять? – спросил Пустельников.

— Думаю, что его можно оставить в покое, потому что плана отомстить Иллариону Новостроевскому у него на самом деле нет. Об этом свидетельствуют его неудачи в предпринимательстве. Видно, у него лучше всего получались криминальные дела, но это все в прошлом, – сказала я. – А вот этот мужчина, который подошел к Соколовскому с предложением отомстить Иллариону Новостроевскому, заслуживает внимания, и очень пристального. Однако нужно будет еще подумать, где его искать. А пока необходимо встретиться с еще одним конкурентом Новостроевского.

— Это вы сейчас говорите о Георгии Семерикине? – спросил Пустельников.

— О нем самом, – кивнула я.

Коттедж Георгия Семерикина представлял собой одноэтажный дом, больше похожий на дачу. Участок был обнесен невысоким забором, на одной из створок я увидела звонок. Позвонив, мы с Виталием приготовились ждать. Вскоре послышался стук двери коттеджа и громкий голос спросил: